Читаем Леонардо да Винчи полностью

Дело Сальтарелли со всей беспощадностью, свойственной судебным разбирательствам, обнажило правду о сексуальности Леонардо да Винчи. Вред, причиненный этим скандалом как самому Леонардо, так и его отцу, был непоправим. Этот бастард безнадежно замарал имя семейства да Винчи! Непосредственным результатом скандала явилось то, что отец незамедлительно удалил сына из Флоренции. Леонардо не имел ни малейшей возможности воспротивиться родительскому решению: не располагая финансовыми средствами, он, двадцатичетырехлетний человек, к тому же еще не достиг тогда возраста совершеннолетия, наступавшего в двадцать пять лет. Итак, он подчинился приказу исчезнуть из Флоренции, чтобы там забыли о нем — жестокая санкция для человека, мечтающего о славе. Леонардо усвоит этот урок и до конца своих дней будет тщательно скрывать всё, что могло бы дать повод для пересудов в порядочном обществе, от мнения которого зависела его возможность работать, зарабатывать на хлеб насущный, существовать. Он будет молчать о своих любовных связях, глубоко запрячет свои огорчения. Окончательно и бесповоротно. Никогда больше он не выйдет за рамки общепринятых норм, не выдаст себя. И хотя в дальнейшем он будет выделяться из общей массы, это будет его осознанная линия поведения, заранее просчитанный риск.

Всё сначала

Итак, забыть пережитое унижение и постараться, чтобы забыли его самого. Два года полного молчания. Чем занимался он в Винчи с 1476-го по весну 1478 года? Он наслаждается природой, неизбывную любовь к которой не может утолить; без устали, словно одержимый, рисует — именно тогда он создает свои первые пейзажные зарисовки в чистом виде. При этом он не только не чувствует утомления, но и восстанавливает свои силы. По возвращении во Флоренцию ему предстоит всё начинать сначала. Но теперь уже на свой страх и риск. О возвращении в мастерскую Верроккьо не может быть и речи, поскольку шлейф скандала тянется за ним по пятам. Будет лучше, если он начнет с нуля. С помощью отца и благодаря его связям он откроет в 1478 году свою первую мастерскую и переманит к себе своих друзей. Благодаря отцу, несмотря на то что тот не перестал сердиться на него, он начнет получать заказы. Так, в 1481 году ему дадут большой заказ на запрестольное украшение для алтаря церкви Сан-Донато в Скопето, оплата которого будет осуществляться в рассрочку в течение двух лет. Выполнение этого важного заказа не помешает ему в то же самое время начать и завершить работу над «Мадонной с кошкой», «Мадонной Бенуа» и вторым вариантом «Благовещения» — вероятно, тем самым, который находится в Лувре.

В то время писать для церкви означало подвергать себя определенным ограничениям, терпеть которые художники, все больше работавшие на частных лиц, не имели ни малейшего желания. Не следует забывать, что в ту эпоху религиозное искусство исполняло тройную функцию. Во-первых, это было воспитание и просвещение верующих, которые не имели иных средств для постижения азов веры кроме этих благочестивых образов. Во-вторых, живописные образы постоянно напоминали им о персонажах и событиях Священной истории. Наконец, в-третьих, церковная живопись вызывала у верующих чувство сопереживания со святыми образами, настолько сильное, что сцена несения креста могла заставить прослезиться.

«Благовещение»

Изображение сцены Благовещения во времена Леонардо да Винчи уже не было новшеством. Правда, обычно ее помещали на фоне архитектуры, подчеркивавшей драматизм этой сцены. Леонардо же изобразил этот сюжет в горизонтальном панно на фоне пейзажа, создававшего особое, прежде неведомое настроение. Геометрическая перспектива строится на изображении каменных блоков, образующих угол стены. На высоте последних кипарисов перспектива внезапно обрывается, исчезает. Ощущение влажного воздуха заставляет вспомнить тогда еще редко употреблявшуюся формулу «Мария, спасительная гавань», объясняющую наличие на картине туманной дымки морского побережья. В этом произведении появляется в качестве фона голубая перспектива: Тоскана, теряющаяся в далекой лазури. О том, как добиться такой перспективы, Верроккьо лично консультировал Леонардо, когда тот работал над штандартом, представляющим Венеру и Амура, для Джулиано Медичи. Большая часть работы была выполнена сотрудниками мастерской, но Леонардо собственноручно нанес завершающие штрихи.

Хотя отец и помог ему вновь обосноваться во Флоренции, в дальнейшем он проявлял все меньше интереса к тому, как идут дела сына. Возможно, причиной послужило то, что Леонардо слишком часто бросал незавершенными заказы, полученные при посредничестве отца, и это вредило репутации последнего. Но еще вероятнее другое: у отца появился первый законнорожденный сын, что позволяло ему забыть о бастарде. Его профессия нотариуса вынуждала прислушиваться к тому, что говорят о нем, и само существование Леонардо становилось стеснительным для него. Отныне он не проявлял ни интереса, ни теплых чувств по отношению к бастарду.