Читаем Леонардо да Винчи полностью

Иногда Леонардо сопровождал литературные чтения розыгрышами и фокусами – например, взрывами со вспышками. “Вскипяти десять фунтов коньяка, чтобы он испарился, но следи за тем, чтобы дверь в комнату оставалась плотно закрытой, и подбрось в пламя немного толченого лака, – записал он. – А потом внезапно войди в комнату с горящим факелом, и сразу же она вся вспыхнет искрами”³³. Вазари рассказывает, что Леонардо приделал к странной ящерице, найденной садовником, бороду и крылья, наполненные ртутью, и держал ее в коробке, чтобы пугать друзей. А еще он очищал от содержимого кишки кастрированного бычка и “делал их столь тонкими, что они легко помещались в горсти. В другой комнате он устанавливал пару кузнечных мехов и прикреплял к ним концы кишок. Надувая их посредством мехов, он наполнял ими всю комнату, которая была очень велика. Тем, которые были в комнате, приходилось забиваться в угол”³⁴.

В ту пору была в большой моде игра слов, и Леонардо часто создавал своего рода зрительные каламбуры. Мы уже видели один такой пример – колючий можжевельник (ginepro) на портрете Джиневры Бенчи. Словесная игра принимала и другие формы: Леонардо придумывал для двора различные криптограммы, пиктограммы и ребусы. Картинки выстраивались в ряд, и зрители должны были разгадать зашифрованный в них смысл. Например, он рисовал колос, обозначавший зерно (по-итальянски – grano), и кусок магнитной породы (магнит – calamita), и этот ребус расшифровывался как gran calamit`a – “большое бедствие”. На обеих сторонах одного большого листа он изобразил более 150 таких маленьких загадок, причем видно, что рисовал он быстро, как будто на глазах у публики³⁵.

А еще в рукописях Леонардо сохранились черновики сказочных новелл, иногда облеченных в форму писем, где описываются таинственные земли и приключения. Примерно веком ранее флорентийский писатель-гуманист Джованни Боккаччо, выпустивший сборник новелл “Декамерон”, сделал очень популярным этот жанр, в котором правда перемешивалась с вымыслом. Леонардо сочинял нечто похожее, о чем свидетельствуют по крайней мере два сохранившихся черновика новелл.

Одна из них, вероятно, была инсценирована на празднестве, устроенном в 1487 году по случаю отъезда Бенедетто Деи – земляка Леонардо, флорентийца, который тоже прожил некоторое время при дворе Сфорца в Милане. Новелла написана в форме письма к Деи, который много странствовал и рассказывал удивительные (и изредка приукрашенные) истории об увиденном. Главный злодей в этом рассказе – черный великан с налитыми кровью глазами и “чудовищным лицом”, который наводит ужас на жителей Северной Африки. “Он жил в море и питался китами, левиафанами и кораблями”, – писал Леонардо. Однажды люди, увидев, что гигант упал, забегали по его телу, будто муравьи, но все было напрасно. “Он тряхнул головой – и все они посыпались в воздух, как град, носимый ветром”³⁶.

Эта новелла – одна из первых вариаций на тему, к которой Леонардо будет неоднократно возвращаться до конца дней: апокалиптические картины разрушения или потопа, в котором гибнет все живое на земле. Великан проглатывает рассказчика из новеллы Леонардо, и тот, очутившись у него в брюхе, плавает в темной пустоте. Заканчивается рассказ горестным причитанием и описанием кошмарных демонов, вырвавшихся из сумрачной пещеры – они преследовали и мучили Леонардо всю его жизнь: “Я не знаю, что сказать или что сделать, ибо повсюду, мнится мне, я плыву головою вперед внутри его могучей глотки и в смертельном страхе пребываю погребенным в его огромном чреве”.

Эта сумеречная сторона гения Леонардо проявилась и в другой сказочной новелле, которую он сочинил, находясь при миланском дворе. Там уже предвосхищены описания и изображения потопа, которые он будет создавать ближе к концу жизни. Эта новелла состоит из ряда писем, написанных неким прорицателем и инженером-гидротехником, в котором узнается сам Леонардо, к “Диодарию[11] Сирии, наместнику священного султана Вавилонии”³⁷. И вновь в его рассказе возникают картины потопа и разрушения: