Читаем Ленька Пантелеев полностью

Путь Леньки Пантелеева к новой жизни оказался трудным, горьким, ему пришлось пройти через многие испытания, срывы, дорогостоящие ошибки. Путь этот был по-своему особенным, отражающим неповторимость только его, Ленькиной, личности и судьбы. Вместе с тем он был характерен и для многих тысяч ребят того времени.

Детские впечатления помогли писателю создать эмоциональную атмосферу повести, придать происходящему необычайную яркость и остроту. Конкретно, в деталях, мы видим обстановку дома и уклад семьи, где "родился и подрастал" Ленька. Запоминается наполненный сиянием солнца и снега февральский денек, когда Ленька с отцом едет на кладбище. Словно сказочное видение предстает Ярославль, увиденный мальчиком из окна каюты: сахарно-белые дома, белоснежные башни, белые колокольни "И над всем этим ярко пылает, горит в голубом небе расплавленное золото куполов и крестов".

"Ленька Пантелеев" воспринимается читателями как произведение автобиографическое, между тем это не совсем так.

Многое из рассказанного в повести происходило и в жизни автора. Соответствует действительности история отца - выходца из старообрядческой купеческой среды, участника русско-японской войны, получившего за героический подвиг орден Владимира с мечами и дворянство. Совпадают многие факты и события жизни семьи до и после отъезда из Петрограда. Были на самом деле жизнь в деревне и Ярославский мятеж, была страшная сельскохозяйственная "ферма", детдом в монастыре, были скитания, колонии... По возвращении в Петроград имели место и лимонадный завод, и рулетка, и электрические лампочки. И все-таки нельзя полностью отождествлять героев повести с их прототипами. Прежде всего это относится к образу Ивана Адриановича - отца Леньки. Созданный в повести его портрет во многих существенных чертах отличается от реального человека Ивана Афанасьевича Еремеева - отца писателя. То же можно сказать и о некоторых других персонажах, в том числе и о главном герое повести. По словам автора, Ленька - это не он, а "человек с очень похожей судьбой и с очень знакомым ему характером". Художественное произведение всегда шире реальной биографии, потому что рассказывает не только о судьбе того или иного человека, но и о времени. Работая над повестью, Л.Пантелеев стремился полнее и правдивее обрисовать историческую обстановку тех лет, показать реальное соотношение сил - борцов за Советскую власть и тех, кто сражался против нее. Этому подчинены и характеристики персонажей.

Обратите внимание, как обрисована в повести мать Леньки - Александра Сергеевна. Образ ее принадлежит к наиболее светлым в советской детской литературе. Эта женщина шагнула из тесного семейного круга в мир, где все ломалось и строилось заново. Можно удивляться ее такту и безошибочному чутью, помогающим выбрать лагерь, на стороне которого историческая правота и человечность.

Интересны дополнения, которые вносит Л.Пантелеев в повесть.

В первой части, например, появляется проходной, казалось бы, персонаж Сережа Бутылочка, сын поденщицы, который донашивает одежки с барского плеча. Но вот мы встречаемся с Сережей в конце, - это человек, нашедший свою дорогу в жизни, тогда как Ленька еще мечется на перепутье. В этом нет ничего необычного: путь в революцию Сережи куда прямее, чем Ленькин. Подобная судьба и у горничной Стеши. Насколько соответствует это реальным жизненным обстоятельствам Сережи и Стеши не столь важно. Существенно, что судьбы их типичны для того времени.

Повесть "Ленька Пантелеев" многократно переиздавалась, выходила отдельными изданиями и в составе однотомников, приобрела широкую известность в нашей стране и за рубежом (в ГДР, где "Леньку Пантелеева" уже много лет проходят в седьмом классе средней школы, книга переиздавалась более десяти раз).

С. 26. Сепик - финский пшеничный хлеб.

Вознесенский проспект - ныне проспект Майорова в Ленинграде.

С. 29. Цейхгауз - военный склад для хранения запасов оружия или амуниции.

С. 30. Старообрядцы, староверы или раскольники - значительная часть православных русских, не принявших религиозной реформы XVII века и оказавшихся в оппозиции и к господствующей церкви и к царскому правительству.

С. 31. Хорунжий - первый офицерский чин в казачьих войсках русской армии.

"...Женился... на "никонианке". - Никон (1605-1680) - патриарх русской православной церкви. Для укрепления церкви проводил реформы, которые не были приняты большей частью верующих. Церковь раскололась на "никониан" и раскольников, или старообрядцев (см. выше). Таким образом, родители Леньки оказались принадлежащими к разным и даже враждебным друг другу частям верующих.

С. 33. Египетский мост - мост через Фонтанку; получил такое название благодаря украшениям в древнеегипетском стиле.

С. 35. Коломна - район старого Петербурга в устье реки Фонтанки.

Большая Конюшенная - ныне улица Желябова.

Универсальный магазин Гвардейского экономического общества - ныне торговая фирма ДЛТ.

С. 36. Шпак. - Так презрительно называли офицеры царской армии мужчин в штатской одежде.

С. 41. Везенбергская улица - ныне улица Шкапина.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Подарок тролля
Подарок тролля

Тролли и эльфы, злые колдуны и добрые волшебники, домовые и черти… Когда-то давным-давно в Скандинавии верили, что эти существа живут в дремучих лесах, туманных фьордах и встреча с ними может изменить судьбу человека. Об этом слагалось множество удивительных волшебных историй, которые остались в фольклоре Швеции, Финляндии, Дании, Норвегии, Исландии. Писателям этих стран оставалось только их собрать и написать свои, литературные сказки.Впервые под одной обложкой издаются сказки, написанные в разных странах в разные времена. Сказкам Ганса Христиана Андерсена, Сакариаса Топелиуса, Эльсе Бесков полтора века, сказки Астрид Линдгрен и Туве Янссон уже успели стать классикой, и постепенно находят своих читателей произведения молодых писателей Исландии.«Подарок тролля» — сказки, которые можно читать круглый год, и с особенным удовольствием под Рождество!

Хелена Нюблум , Йерген Ингебретсен Му , Сигрид Унсет , Астрид Линдгрен , Адальстейн Аусберг Сигюрдссон , Йерген Ингебертсен Му , Сигюрдссон Аусберг Адальстейн , Ханс Кристиан Андерсен , Сельма Оттилия Ловиса Лагерлеф

Зарубежная литература для детей / Сказки народов мира / Прочая детская литература / Сказки / Книги Для Детей
Всего одиннадцать! или Шуры-муры в пятом «Д»
Всего одиннадцать! или Шуры-муры в пятом «Д»

Ради любви – первой в жизни! – Егор и Никита готовы на все. Купить на скопленные деньги огромный букет цветов, засыпать единственную-неповторимую подарками, чудом достать билет на желанный для нее концерт – пожалуйста! Вот только влюбились друзья в одну и ту же девочку – новенькую в пятом «Д», Ангелину. Да что там билеты и цветы: кто из них готов рискнуть жизнью ради любимой и что дороже – любовь или мужская дружба? Не важно, что им всего одиннадцать: чувства – самые настоящие! И нестандартный характер предмета их любви только доказывает, что все в этой жизни бывает по-взрослому, и это совсем не легко.Новая книга Виктории Ледерман написана в форме чередующихся монологов трех главных героев. Повествование переключается то на размышления Ангелины, которая жаждет внимания и ловко манипулирует одноклассниками, то на метания добродушного хулигана Егора, то на переживания рефлексирующего «ботаника» Никиты. Читатель же получает редкую в детской литературе возможность понять и прочувствовать каждого персонажа «изнутри», не ассоциируя себя лишь с кем-то одним. Следить за эволюцией Егора, Никиты и Ангелины, за их мыслями и чувствами – процесс увлекательный и волнующий!Вечный для взрослой и необычный для детской литературы сюжет – любовный треугольник – переживается его участниками в одиннадцать лет столь же остро, как и в старшем возрасте. Сквозь узнаваемые реалии наших дней – супермаркеты, соцсети, компьютерные игры – проступают детали, перекочевавшие из детской классики: мальчишеское геройство, чувство локтя, закаляющиеся от страницы к странице характеры. И повесть о современных пятиклассниках вдруг оказывается мостиком к внутреннему росту и взрослению.«Всего одиннадцать! или Шуры-муры в пятом "Д"» продолжает традиции первых двух книг Виктории Ледерман, «Календарь ма(й)я» и «Первокурсница»: она такая же кинематографичная и насыщенная событиями, такая же неназидательная и зовущая к обсуждению. Предыдущие повести писательницы, изданные «КомпасГидом», стали хитами и уже заняли почетные места на книжных полках – где-то рядом с Анатолием Алексиным и Виктором Драгунским. Новая повесть рассчитана на подростков и наверняка быстро найдет своих поклонников.2-е издание, исправленное.

Виктория Валерьевна Ледерман , Виктория Ледерман

Детская литература / Прочая детская литература / Книги Для Детей