Читаем Лекции по истории Церкви полностью

Вот так в 945 году Константин Багрянородный на 40-м году жизни наконец взял реальную власть в свои руки, будучи венчан на царство еще в раннем детстве. Константин Багрянородный так долго находился вдалеке от власти не только потому, что так складывались обстоятельства, но и потому, что он по своему характеру не очень-то стремился к власти. Это был вовсе не уникальный в Византии тип ученого и писателя на троне, который гораздо больше интересовался науками, чем делами правления. Дела правления, правда, его тоже интересовали, но, прежде всего, как предмет научного изучения. Он оставил нам совершенно драгоценные сведения о различных сторонах государственной жизни своего государства. Кроме того, государь, который так любил науки, выступал как вдохновитель и организатор научной работы. Под его непосредственным руководством трудились историки и другие ученые.

В это время преобладающим жанром научной продукции становятся произведения такого справочно-энциклопедического плана. В царствование Константина VII Багрянородного произошло очень важное для нас с вами событие. В Константинополь прибыла русская княгиня Ольга. Осенью 957 года она долго гостила при дворе. Историки спорят о деталях этого визита, в частности о том, когда именно произошло крещение святой Ольги — или во время ее пребывания в Константинополе, или еще до прибытия в Константинополь, но, так или иначе, крещение ее и ее визит в Константинополь — это события связанные. Об этом говорит и то, какое имя приняла святая Ольга в крещении. Как вы помните, ее имя в крещении Елена, а это имя не только созвучно имени святой Ольги, византийские источники его передают как Ольга (Helga), с густым придыханием. Дело не только в этом созвучии, а прежде всего в том, что Елена — это имя супруги императора Константина Багрянородного, которая, как это было принято, в этом случае выступала как восприемница, даже если это было заочное восприемничество.

Это еще не было моментом крещения Руси, но это предвозвестило крещение Руси, которое произошло в исторически довольно скорый срок после визита святой Ольги в Константинополь. После смерти Константина Багрянородного, который умер 9 ноября 959 года, править стал его сын Роман II, названный, естественно, в честь деда Романа Лакопина. В 956 году, т. е. еще при жизни отца, Роман, человек легкомысленный, по собственной воле и по любви женился на дочери трактирщика Анастасии, которая, став императрицей, получила имя Феофано. Изменение имени при венчании было довольно частым явлением.

Феофано была женщиной красивой, но совершенно аморальной, ей предстояло сыграть свою роль в византийской истории. Роман II умер достаточно рано. После его смерти его вдова взяла власть в свои руки и правила от имени двух своих малолетних сыновей, но такое положение было непрочно, и молодая императрица, понимая непрочность своего положения, вышла замуж за Никифора Фоку. Никифор Фока был представителем одной из самых сильных аристократических семей и очень крупным, значительным полководцем. Задолго до того он отвоевал остров Крит, который долгое время находился под властью арабов. Армия и без того провозгласила Никифора Фоку императором, стране грозила гражданская война, которая была предотвращена этим браком.

Никифор Фока был уже немолодой человек. Он имел аскетические наклонности, очень дружил с афонскими монахами. Прп. Афанасий Афонский был его личным другом. Однако эти монахи осудили брак Никифора Фоки не только потому, что это был второй брак, но еще и потому, что до того, как Никифор Фока встретился с Феофано, он думал о принятии монашества. В царствование Никифора Фоки начинается расцвет святой Афонской горы, который продолжался в последующие века византийской истории. Никифор Фока в своем законодательстве пытался воспрепятствовать росту монастырских и церковных земель. В 964 году он издал, можно сказать, совершенно беспрецедентную Новеллу. Дело в том, что церковные земельные владения росли очень быстро, и можно сказать, все классы общества, от самых богатых и знатных до самых бедных, вносили свою лепту в этот рост церковных и монастырских имений. Росло также и число новых монастырей. Многие знатные люди считали совершенно необходимым для поддержания личного и семейного престижа создавать монастыри. Эти монастыри могли становиться семейными усыпальницами, где совершались постоянные молитвы о здравии и упокоении тех, кто принадлежал к роду, создавшему монастырь. Кроме того, знатные люди получали определенные, и очень немалые, права над теми монастырями, которые они создавали. Они не только могли сами составлять уставы этих монастырей, они могли фактически управлять ими на правах ктиторов. И хотя монастыри в Византии не были освобождены от государственных повинностей, скажем, от уплаты налогов, но все-таки государство могло тяготиться тем, что монастырские владения росли так значительно.