Читаем Лёха полностью

– Чемоданы какие-то, ящики. О, канистры! Тяжелые. А на чемоданах мастичные печати.

– Вот уж нам совсем это ни к чему – пробурчал под нос дояр.

– Погоди, сейчас я его – отозвался из кузова токарь и затрещал там, ломая чем-то что-то. Выпрямился, держа в руках промокшую насквозь картонную папку с уныло обвисшими ботиночными завязками. С папки струйкой лилась вода.

– Эй, кончай! – сердито велел Семёнов.

– Да брось, никто не узнает! – легкомысленно отозвался Петров, раскрывая папку и растопыривая промокшие листы.

– А что там? – заинтересованно спросил Лёха. Ему на миг представилось, что в этом грузовичке какие-то страшные тайны и секреты – не зря же его загнали так далеко в лес и почти утопили в болоте.

– «Слушали – постановили» трехлетней давности. Протоколы заседаний каких-то. Ерунда, короче говоря, архив чей – то – разочарованно проворчал токарь и выкинул папку в воду. Листы бумаги с размытой фиолетовой писаниной расплылись по поверхности воды словно листья осенью. Так же проворно орудуя штыком, повзламывал токарь еще несколько ящиков и чемоданов. Везде были все те же мокрые бумажки, набитые в тугие папки, правда в самом последнем чемодане воды не оказалось, и токарь показал пачку сухих исписанных бумажонок.

– Во! Тонкая бумага, хорошая. И для курить и для оправиться – прекрасно подойдет. Надоело уже лопухами-то, если можно по-человечески.

С этими словами он поднатужился и швырнул чемодан к ногам стоящих сослуживцев.

– Да куда нам столько – опасливо посмотрел на папки и бумажки в раскрывшем от удара свое хайло чемодане.

– Мое дело сторона. Но к культуре я вас приобщать должон – назидательно проговорил Петров и залязгал чем-то. Потом поднял голову и сообщил:

– А в канистрах-то бензин! И этих канистр тут – раз, два, три, четыре… Семь штук.

Жанаев присвистнул тихонько.

– Гм – вырвалось у Семёнова. Тем временем Петров лихо повышвыривал из кузова все канистры, глухо брякавшиеся оземь после полета над болотной водой. Жанаев их подбирал и оттаскивал подальше от воды, где ставил рядком. Три совсем новенькие в блестящей зеленой краске, две тоже зеленые, но сильно обшарпанные, одна – мятая серая и одна почему-то красная. Семь штук, все залиты топливом под завязку, как сообщил постукивающий зубами и потому судорожно одевающийся Петров.

– Ну и что дальше делать будем? – неприязненно глядя на канистры, спросил дояр.

– Это как чего? – удивился токарь – ребятам отнесем и дальше на танке поедем, как белые люди.

– И намного им этого хватит? – усомнился Семёнов. Возвращаться назад ему совершенно очевидно не хотелось.

– У них бак на 120 литров – заметил образованный Лёха, вспомнив, что толковал вчера Логинов – 250 километров по шоссе.

– А по такому вот лесу как поедет? – хмуро глянул на знатока дояр.

– Да проедет, раз даже полуторка проехала – легкомысленно заявил токарь, ставящий штык на место.

– Шума от танка много – возразил Семёнов.

– Зато, если что – за ним и укрыться можно. И если артиллерии не будет, то всякую там пехоту танк даже такой на мелкий форшмак порубит – парировал Петров.

– Не нравится мне возвращаться – мрачно пояснил дояр.

– Мы ж дорогу уже разведали и никого не встретили. Живым духом туда и сразу же оттуда. Хорошие же ребята, свои. Ну, не упирайся, сам ведь понимаешь что я прав. Тем более потомок видишь, тоже водить научился. Жанаев, ты как, хочешь на танке покататься? Опять же, если к своим выйдем с боевой техникой, то к нам отношение другое будет, точно говорю. По медали отхватим. Хочешь с медалью в деревню вернуться, а?

Лёха видел, что Семёнова все эти разговоры не переубедили. Не хотелось ему идти обратно. Хоть тресни. Но когда Петров воззвал к его совести и к чувству товарищества – ведь там, у танка – свои остались, дояр обреченно махнул рукой. Поглядел на Жанаева. Азиат равнодушно пожал плечами, но судя по выражению глаз, ехать на танке ему нравилось больше, чем тащиться пеше, да и от медали он бы не отказался. Шустрый Петров тут же схватил пару канистр – тех, что новенькие, выглядевший удрученным, мрачный Семёнов взял те, что стояли ближе к нему, точно так же поступил Жанаев и все трое уставились на Лёху. Он удивленно посмотрел на них в ответ.

– Чего ждешь – хватай канистру – и за нами в темпе вальса! – нетерпеливо приказал токарь.