Читаем Лекарства Фронтира полностью

— Документальное подтверждение ваших заявлений, — не моргнув глазом потребовал Олег, который не знал за собой никаких таких грехов, за которые церковь могла бы попробовать сейчас прижать его к ногтю. Даже вскройся укрывание парочки беглых преступниц не совсем человеческого роду-племени — высокопоставленного офицера за подобный казус могли понизить в звании и оштрафовать… Но лишь по решению суда, где представители веры будут одними из участников, однако же никак не единоличными вершителями судьбы проштрафившегося аристократа. — Пока я их не получу и не ознакомлюсь с ними, считаю ваши действия оскорбительной клеветой и произволом. И буду жаловаться. А в случае необходимости даже применю силу, чтобы отстоять свои права.

— Ты правда веришь, что сил тебе хватит, чернокнижник?! — На лицо отца Сергия медленно наползала улыбка, более похожая на хищный оскал, а окружающий священника жар стал столь нестерпимым, что у одного из ближайших священников потихоньку начала тлеть мантия.

— Возможно, и нет, — Олег отлично понимал, что сегодня священники были не просто подготовлены к возможному противостоянию, но готовились к противостоянию конкретно с ним и его людьми. А команда вдобавок находилась совсем не в лучшей форме, поскольку люди были на ногах больше суток и поголовно страдали от алхимической интоксикации. Только одни от слабой, поскольку находящимся на «Тигрице» всего лишь требовалось все время бодрствовать, а вторые от очень даже серьезной, ведь ради забега по подземному городу на своем здоровье они не экономили. — Но если ты набросишься на мага и офицера настаивающего на соблюдении закона вот прямо здесь и прямо сейчас, то станешь преступником. Как и твои подельники. Даже в случае победы, отнюдь не гарантированной хочу отметить, те из вас кто выживет, будут вынуждены либо бежать из России и привыкать к жизни преступного отребья, либо предстать перед судом и отправиться на плаху. Как оба мы знаем, с забывшими свое место псами церкви положено поступать точно так же как и с любыми другими бешеными собаками. Устранять их, пока еще кого не покусали.

— Вдобавок я мэр пусть маленького, но все-таки города, и если вы решите поиграть в напяливших рясы бандитов, то готовьтесь еще и к тому, что пополните ряды злоумышляющих против власти мятежников. А их по распоряжению императора, которое подтверждает каждый патриарх, положено придавать анафеме. — Добавил Мурат, взирая на церковников с легкой усмешкой. Бояться доживший до старости диверсант не то, чтобы совсем разучился… Но мало было на свете вещей, которые могли бы заставить его настоящий страх. И еще меньше тех, при виде которых этот страх на лице бы отразился. — Если не ошибаюсь, такой фортель не только напрочь погубит карьеру вам всем, но и запросто лишит как уже полученных свыше сил и благословений, так и уверенности в счастливой загробной жизни.

Рычание, изданное старцем, было достойно самого свирепого волкодава, да и напрягся он так будто вот-вот прыгнет пытаясь вцепиться обидчикам в горло, но броситься в драку ему все-таки не дали ближайшие соратники, оказавшиеся вдобавок достаточно огнеупорными. Парочка молодых плечистых монахов, судя по ухваткам к занятиям на тренировочном плацу привыкших куда более чем молитвенным бдениям, проворно оттащила высокопоставленного коллегу назад невзирая на попытки вырваться, брань и риск заработать себе серьезные ожоги. Остальная же группа поддержки, находящаяся на дистанции от вступивших в прения одаренных не самых низших рангов, лишь постаралась еще больше увеличить расстояние от себя до любящего выжигать скверну пироманта. Но даже при перебазировании отца Сергия в тыл его союзники все равно должны были преть в своих латах, будто посетители сауны, поскольку жаром от православного инквизитора разило не хуже чем от доменной печи. К Олегу же шагнул один из немногих священников Дальнего Востока, кого чародей если и не уважал, то полагал, по крайней мере, личностью здравомыслящей и компетентной.

— Ты требовал документальное подтверждение нашего права устроить проверку, — произнес брат Ерафим, протягивая капитану «Тигрицы» испещренный большими светящимися печатями лист бумаги. Напряженный взгляд церковного следователя буравил Олега, и от этого чародею стало даже слегка неуютно. Может, опять кто-нибудь подбросил ему какую-нибудь напрочь запрещенную дрянь, но на сей раз диверсант умудрился уйти от ответственности?! — Вот оно. Подчинись законным требованиям нашей великой державы или сам стань преступником, по отношению к которому будет оправдано любое применение силы.