— Справились, — облегченно пробормотал Олег, сплевывая брызнувшую ему прямо в рот драконью кровь, пока бойцы доводили до ума свою работу. То есть пилили шеи монстра, словно десяток безумных маньяков-лесорубов, нашедших живые деревья. Люди успели. Перемазались как поскользнувшиеся на бойне мясники, истратили последние запасы взрывчатки и взятых из дома боевых артефактов, затупили напрочь несколько древних двуручников, а один так и вовсе сломали, безнадежно испортив артефакт из так называемого вечного металла… Но все три головы дракона теперь уже точно одну за другой будут отделены от его же шеи. — Тащите сюда Доброславу! И сами в очередь становитесь… Тут праны больше пропадает, чем я обработать смогу!

Глава 17

О том, как герой пугается драконьих челюстей, занимается групповым исцелением и боится подойти к инструменту.

— Ауф! Ваф! Йаф! — Издавала на редкость невразумительные звуки Доброслава, корчась и пытаясь не то перекинуться в волчицу, не то вырваться из цепких рук удерживающих её людей. Смене ипостаси мешали ужасающие травмы ауры, и даже оборотню сложно слишком уж буйствовать в том случае, если перевертыш висит в воздухе с задранными вверх лапами и фактически лишен точки опоры, а каждую конечность и голову отдельно держат на своем месте целых два человека. Да еще не первых попавшихся, а упившихся алхимическими стимуляторами по самые брови молодых и крепких бугаев, немало времени уделивших развитию физического тела и магического дара.

— Терпи, дура! Хватит ерзать! — Рявкнул Олег, вконец осатаневший от необходимости одной рукой выкачивать прану из истекающего кровью обрубка драконьей шеи при помощи топора-вампира, а второй проделывать сложнейшую операцию, периодически лишь чудом спасая голые пальцы от зубов неблагодарного пациента, не только хаотически подергивающегося и пытающегося от врача куда подальше уползти, но также выгибающего шею под невозможными углами и вытягивающим челюсти чуть ли не на полметра вперед. Разумеется, не просто так, а чтобы цапнуть ими своего мучителя и тем не прекратить агонию, так хотя бы ослабить её. Чародей бы обязательно отвесил своей любовнице подзатыльник, если бы это имело хоть какой-то эффект. Увы, сейчас кащенитка-изгнанница рисковала не заметить и вонзившийся в горло кинжал, поскольку попросту не контролировала себя, полностью утратив разум в пучине невероятной чудовищной боли. И страдало у неё не тело, а сама душа, которую сначала как следует опалили, а теперь еще и резали по живому.

Ожидавшая потока драконьего пламени Доброслава смогла подготовиться к неизбежным последствием собственного героизма в виде потока драконьего пламени. Она не только попыталась избежать атаки, но и прямо в прыжке извернулась боком, прикрывая голову и грудь произведенным по технологиям Гипербореи древним щитом в дополнение к тому слою зачарованного металла, который уже облегал кащенитку-изгнанницу с головы до пят. И только поэтому выжила. Олег уже сталкивался с драконьим огнем, причем очень даже близко, но та дрянь, которой плевался дальний родственник легендарного Змея Горынача превосходила главное оружие европейских ящеров как концентрированная серная кислота превосходит столовую уксусную эссенцию. Артефакты спалило и вплавило в горящую хозяйку, но тем не менее определенный эффект они все-таки дали. Травмы на верхней части Доброславы целитель быстро привел если и не в относительную норму, так по крайней мере к терпимому состоянию, затратив минимум времени и сил. Там пострадало по большей части лишь мясо, а ущерб энергетическому телу был если и не легким, так умеренным. Оборотень могла бы и сама оправиться от таких повреждений, пусть даже совсем не быстро, и только при обильном питании. Но существовала еще и нижняя часть девушки, та которую не прикрывали щитом или вернее прикрывали недостаточно, ведь постепенно сужающаяся каплевидная форма данного артефакта пусть и позволяла легко воткнуть его в землю или ступню противника, но собственным ногам обеспечивала лишь формальную защиту. Да и куску живота тоже досталось вполне достаточно драконьего огня, чтобы превратиться даже не в шашлык, а практически в угли, обладающие лишь жалкими ошметками энергетического тела!