Читаем Лейла (ЛП) полностью

— Как-то мне не по себе. Я даже сердечно-легочную реанимацию не умею делать.

— Аспен медсестра.

— Она на такое не согласится, — возражаю я.

Лейла сокращает разделявшее нас расстояние и понижает голос.

— И не нужно. Обставим все так, будто ничего не спланировано. Как несчастный случай. Как только мое сердце перестанет биться, ты позовешь ее. Я проверила, чтобы одно из окон их спальни было открыто, так что она услышит тебя. А если нет, то беги к окну и разбуди ее.

Так вот почему она разместила их на первом этаже.

— Ты уже все спланировала?

Она смотрит на меня решительным взглядом.

— Не осуждай меня. Ты даже не представляешь, каково мне приходится.

В чертах ее лица столько боли, сколько я никогда не видел прежде. Я не знаю, что можно против нее возразить.

Она права. Я не знаю, каково ей. Даже притворяться не стану. Теперь все, что я могу сделать для нее, это любить достаточно сильно, чтобы постараться довериться ее чутью.

— А если у меня не получится сразу привести тебя в сознание? Вдруг скорая увезет твое тело прежде, чем ты сможешь в него вернуться?

— Не позволяй им этого сделать. Убедись, что Аспен привела меня в сознание.

— Откуда ты знаешь, что Аспен поймет, что делать?

— Она медсестра. Она каждый день спасает жизни.

Не нравится мне это.

— А если получится, и мы вернем твое тело к жизни? Откуда нам знать, что Сейбл не вернется в него вместо тебя?

— Я ей не позволю, Лидс, — отвечает Лейла с такой уверенностью, что я не могу не поверить ей. Я прижимаю ее к груди и упираюсь подбородком в ее макушку. Впервые с тех пор, как я узнал, что призраки существуют… мне до смерти страшно.

— Я люблю тебя.

Она отвечает, уткнувшись мне в грудь, и слова ее звучат приглушенно.

— Я тоже тебя люблю. Очень сильно. Поэтому знаю, что все получится.

Глава 26

С тех пор, как мы поднялись наверх, чтобы подготовиться к утоплению Лейлы, прошло два часа.

Два часа с того момента, как я начал чувствовать, будто мой мир, возможно, близится к своему концу.

Она все распланировала. Даже составила список указаний и заставляет меня изучить его, будто я готовлюсь к чертовому экзамену в колледже.

1. Держи меня под водой, пока я не перестану сопротивляться.

2. Проверь мой пульс. Когда он пропадет, сразу же звони 911.

3. Разбуди Аспен.

4. Начинай реанимацию.

5. У тебя есть лишь пять минут, чтобы спасти мою жизнь.

Я роняю бумажку на кровать. Пять минут. Не могу прочесть это снова.

— Тебе нужно еще время, чтобы все перечитать? — спрашивает она.

— Мне нужно несколько лет, чтобы к такому подготовиться.

Лейла тянется ладонью и касается моего лица.

— Я понимаю, что тебе страшно. Мне тоже страшно. Но чем дольше мы будем продолжать, тем слабее я стану. Нужно сделать это сейчас, пока не произошло еще больше осечек. Пока подозрения Аспен не стали еще сильнее. — Она берет записку и складывает ее. Затем идет в ванную и смывает ее в унитаз. На обратном пути в спальню она берет мой ноутбук и ставит на своей стороне кровати. Прокашлявшись, Лейла говорит: — Я написала предсмертную записку. Думаю, важно, чтобы она была на всякий случай.

Я закрываю лицо ладонью.

— Предсмертную записку? — переспрашиваю я, не в силах понизить голос. — Как ты можешь так спокойно об этом говорить? Ты только что написала предсмертную записку, Лейла.

— Я не хочу, чтобы ты нес ответственность, если у нас не получится. Я запланировала ее отправку по почте через четыре часа, считая с этого времени. Ты знаешь логин моей почты. Если я не выживу… подтверди отправку письма. А если выживу… удали его. Потому что оно отправится всем, Лидс. Тебе, Аспен, маме… — Она говорит ровным, почти монотонным голосом, будто всецело отключилась от того, что мы собираемся сделать.

Она берет меня за руку, желая, чтобы я встал. Чтобы пошел за ней.

Следующие несколько минут проходят словно в забытьи. Я выхожу вслед за ней из спальни, спускаюсь вниз и иду на задний двор.

Лейла спокойно заходит в бассейн, и многое в этом моменте напоминает о ночи, когда мы встретились. Наш первый разговор был в этом бассейне. Наш первый поцелуй был в этом бассейне.

Почему чувствуется, будто наше прощание тоже может произойти в бассейне?

Пульс зашкаливает. Мне сложно совладать с дыханием. Возможно, Лейла не вникает в суть того, что мы собираемся сделать, но меня она поглотила всецело.

Лейла стоит посреди бассейна в том самом месте, где плавала на спине в ночь нашей первой встречи. И каким-то чудом на ее лице то же выражение. Умиротворение.

— Нужно, чтобы ты тоже зашел в воду, Лидс.

Я осознаю, что она так спокойна, потому что понимает, что в противном случае я начну ее отговаривать. И себя тоже.

Но она права. Нужно сделать это, пока она не ослабла еще больше от недостатка сна.

Я нерешительно подхожу к бассейну. Когда опускаюсь в воду, она оказывается теплой, и я вдруг понимаю, что Лейла попросила меня вчера включить подогрев не для того, чтобы мы могли поплавать, а ради этого момента.