Читаем Лейла (ЛП) полностью

С тех пор, как Лейлу выписали из больницы, мы нигде не чувствовали себя как дома. Возвращаться в мою квартиру во Франклине нам не хотелось. Оно и понятно. Но и покупать новую без согласия Лейлы было неправильно, поэтому я временно снял квартиру рядом с больницей, куда и отвез девушку после выписки. Я не спешу покупать постоянное жилье, потому что не уверен, что хочу жить во Франклине. Или даже в Нэшвилле.

Я часто просматриваю объявления, но ни один вариант не казался мне привлекательным, пока я не узнал, что этот дом выставлен на продажу.

Есть в нем нечто особенное. Возможно, потому что здесь я познакомился с Лейлой. А может, находясь в самом сердце страны, и правда, начинаешь пускать корни. Или же все дело в том, что отсюда до Нэшвилла сутки пути, и мне приятна мысль убраться подальше от этого города.

В чем бы ни была причина, я здесь не ради отдыха, а потому что хочу спокойно сосредоточиться на своей музыке и хочу, чтобы Лейла обрела покой. Мне кажется, что это возможно только здесь. Нам необходимо уединение. Тут она будет чувствовать себя в безопасности.

Я резко оборачиваюсь от громкого крика Лейлы.

Мчась прямиком из гостиной в ванную, слышу звук бьющегося стекла.

— Лейла? — Я резко распахиваю дверь, и Лейла смотрит на меня перепуганными глазами. Увидев кровь на костяшках ее пальцев, я сразу же беру ее за руку. Осколки стекла усыпали дно раковины. Краем глаза, я замечаю, что зеркало в ванной разбито вдребезги, будто в него ударили кулаком прямо по центру. — Что случилось?

Лейла мотает головой, переводя взгляд с разбитого зеркала на лежащие в раковине осколки.

— Я… Я не знаю. Я мыла руки, а зеркало рассыпалось.

На зеркале отчетливо видна вмятина, будто в него ударили кулаком, но я не могу даже вообразить, зачем Лейле это делать. Возможно, оно уже было разбито, когда она начала мыть руки, и от малейшего движения разлетелось на осколки.

— Я принесу аптечку из машины.

Вернувшись, нахожу Лейлу на кухне и снова обрабатываю ее раны. Я не задаю вопросов. Она и так потрясена, у нее дрожат руки. Закончив, я прихватываю аптечку и один из чемоданов.

— Я напишу риелтору о ситуации с зеркалом, — говорю я. — Можно было серьезно пораниться.

Лейла берет второй чемодан и идет за мной наверх. Я вижу, как она потрясена случившимся.

Но мне пора перестать обращаться с Лейлой так, словно она не может о себе позаботиться. Может. Она сильная. Она невероятная. И я буду напоминать ей об этом, потому что сама она, похоже, забыла.

Глава 6

Если бы я не стремился стать музыкантом, стал бы шеф-поваром.

Готовка по-своему успокаивает. Я редко этим занимался, пока Лейла не оказалась на операционном столе. Когда мы съехались, она кое-чему меня научила, но после ранения я взял готовку на себя, чтобы поберечь ее силы. И научился варить супы, потому что ничего другого во время выздоровления она есть не желала.

Сейчас Лейла разбирает вещи наверху. Я заранее разобрал свои и спрятал кроссовки в шкаф, чтобы она не нашла кольцо. Спустившись вниз, начал готовить ужин. Мне хотелось начать наше путешествие на правильной ноте, поэтому я готовлю пасту фаджоли. Ее любимый густой суп с пастой и фасолью.

Я многому научился с тех пор, как Лейла вернулась домой из больницы. В основном от Гейл, матери Лейлы. Она прожила с нами первые несколько недель после выписки дочери. Гейл хотела забрать ее домой в Чикаго, но, к счастью, Лейла отказалась ехать. Я не хотел, чтобы она уезжала. Чувствовал, что именно я должен помочь ей поправиться, потому что всего этого не случилось бы, будь я более внимателен.

Но должен признать, что мне пришлось приспособиться. Мы были знакомы всего два месяца, когда Лейла попала в больницу. И вскоре после этого ее мать временно переехала в нашу новую тесную квартирку. За какие-то три месяца я, привыкший жить один, оказался в одной квартире со своей девушкой, ее матерью, а иногда и с сестрой, Аспен. У нас была только одна спальня, поэтому диван в гостиной был всегда занят, а оставшееся пространство загромождал надувной матрас.

Я был рад, когда ее мать наконец вернулась в Чикаго. Но вовсе не потому, что она мне не нравилась. Просто все это было слишком. После всего, что нам пришлось пережить, мы оказались практически лишены личного пространства, и в довершение ко всему, насмотревшись на долгие попытки Лейлы встать на ноги, я отчаянно жаждал вернуться к нормальной жизни. Мы оба жаждали.

Но все было не так уж плохо. Я познакомился с семьей Лейлы и вскоре понял, почему влюбился в нее. Все члены ее семьи обаятельные, открытые люди. Черт, даже Чед Кайл мне понравился. Я виделся с ним всего лишь раз после свадьбы. Он, как и говорила Лейла, оказался придурковатым, но веселым парнем.

Мне даже не терпится увидеться с ними в пятницу.

Сложив все ингредиенты в кастрюлю, я вытираю руки кухонным полотенцем и спешу наверх проведать Лейлу. Она разбирала вещи, когда я взялся за приготовление ужина, но с тех пор прошел уже час, и со второго этажа не было слышно ни звука. Я не слышал ее шагов.