Из-за спины Грядищева выдвинулся Василий Николаевич и зачитал:

– Триколор, городской герб, андреевский, знамя победы, флаг ФСБ, ФАПСИ, ЮНЕСКО, МВД, областной, вон, кажется, вертолет МЧС приземлился.

– Пока хватит. Виноградов, поднимай флаги, триколор и городской на одно полотнище выше остальных, подойди к Пичугину, кровь из носа, чтобы бойскауты охраняли флагштоки. Да! Пускай им Пешеходов кортики выдаст. Под мою личную ответственность, но если что, Пичугину голову откручу. Где научная экспедиция?

– На периметре.

– Как вернутся, в штаб. Оперативка через пять минут. Семенов.

– Я, – выплыл из толпы один из двух молодых людей, с трудом умещавших грудную кубатуру внутри безразмерных пиджаков.

– Бегом на периметр, Федоткина и Вангера на оперативку.

– Слушаюсь, Илья Петрович.

– Вы мэр?

Грядищев повернул голову, и это движение мгновенно было повторено всей его кавалькадой как хорошо отрепетированное па прекрасным танцевальным ансамблем. Перед ними остановилась странная процессия, состоящая из трех, взопревших от непосильной ноши сержантов и высокого худого майора с некачественными усиками и глазами председателя колхоза, все еще уверенного в том, что пшеница растет по команде: «раз-два».

– Да. Я мэр этого прекрасного города. Илья Петрович Грядищев. А вы кто? И как попали за оцепление?

– Майор Калушенко. Посланы к вам, можно сказать, с неба. Министерство по чрезвычайным ситуациям. Хотел бы приступить к руководству.

– К руководству чем?

Калушенко сделал паузу. Урожай почему-то не давал всходов. Он моргнул несколько раз, глядя в участливые глаза мэра, и объяснил медленно и более доходчиво:

– К руководству чрезвычайной ситуацией, возникшей в связи с падением на ваш город небесного тела. Предположительно – метеорита.

– Ах, вот вы о чем? – Грядищев рассмеялся, обнял Калушенко за плечи. – Непременно! Как только возникнет чрезвычайная ситуация. Пока все идет по плану. Ну, вы же должны быть в курсе? Вы же посланы к нам небом, просите, с неба. Согласно законам небесной механики по расчетной траектории на наш город упал метеорит. Не могу сказать, что мы его ждали именно сегодня, но где-то предчувствовали. Что-то такое должно было произойти. И мы не ошиблись. Никто не погиб. Практически ничего не разрушено. Все в полном порядке. Мы на то здесь и поставлены, чтобы никакая чрезвычайная ситуация не произошла! Но, если она все же случится, вы непременно приступите к руководству. А пока, пожалуйста, вон к той палатке с буквами МЧС. Обживайте командный пункт.

– Не понял! – удивился Калушенко. – А как же? Указания? Команды? Связь?

– Факс вас устроит?

– Да. Но…

– Никаких «но»! Гусев!

– Я! – шевельнулся второй предмет мебели в окружении Грядищева.

– Покажите майору Калушенко его командный пункт. И солдат разгрузите и накормите. И дайте ему факс!

– Но в его палатку не проведена телефонная линия.

– Это мы обсудим после, вы факс ему дайте…

– Ну? – Гусев смотрел в лицо немаленькому Калушенко сверху вниз под углом сорок пять градусов. – Изволите пройти?

Калушенко молчал. По нему только что проехал танк, и гусеницы отпечатались у него на груди. Сердце стучало медленно и с оттяжкой и все время попадало по вискам.

10

– Павлик!

Наташка высунула из-за спасительной калитки нос.

– Чего тебе?

Антон Брысин сидел на траве у забора, закрыв невидящие глаза, и молчал.

– Он спит?

– Не знаю, – Павлик присел на корточки, пригляделся. Какое это было странное и жуткое зрелище – заплаканный мужчина. Почему-то раньше он думал, что плакать умеют только женщины и дети.

– Павлик! Он спит?

– Отстань, малявка.

– Павлик. Может быть, он уже умер?

Антон шевельнулся, подтянул к подбородку колени и сжался в несуразный угловатый ком.

– Лучше бы я умер. А, может быть, я уже умер?

– Не обращайте внимания, – извинился Павлик. – Она маленькая. Дурочка еще.

– Лучше быть еще дурочкой, чем уже дураком! – подала голос Наташка.

– Кажется, я смогу оценить только второе, – сказал Антон и, цепляясь за штакетник, встал. – Пошли.

– Куда? – удивился Павлик.

– Ты что, не слышал? Здесь где-то рядом упал метеорит. Пошли туда.

– Но вы же ничего не видите?

– Ты меня поведешь.

– Да? – в голове Павлика мелькнула жуткая сцена из книги «Остров Сокровищ», в которой мерзкий и страшный слепой вцепился железными пальцами в плечо главного героя. Эта перспектива не вызвала у него энтузиазма, он огляделся и увидел Наташку, жаждущую приобщиться к взрослой жизни. – Эй. Наталья.

– Чего?

– Хочешь посмотреть на метеорит?

– Ну.

– Бантик давай.

Наталья с некоторым недоверием и опаской стянула с косички полуразвязанный бантик и осторожно передала его Павлику. Павлик намотал один конец на руку, а второй сунул Антону.

– Что это?

– Это бант. Лента. Будете держаться, чтобы знать куда идти.

– Я не знаю, куда идти.

– Здрасьте! – возмутилась Наташка. – Начинается! Ну-ка, давай сюда бант!