Читаем Легкая еда (ЛП) полностью

  То, что этот первый трал не смог доставить, было чем-то, что было связано с нападением на Билла Астона: но это было только начало, Коссолл знал это. Он был уверен, что после того, как пабы будут расклеены, а местные СМИ сделают свою работу, все будет по-другому. Мужчина зверски напал всего в сотне метров от домов, чуть дальше оживленной главной дороги, кто-то что-то видел или слышал, это было понятно.

  Внезапно стало тепло. По крайней мере, в офисе Резника. Большая синяя муха, ленивая и толстая, очнулась от долгого сна и теперь жужжала по углам комнаты, ударяясь мягким, настойчивым шлепаньем о стекло, которое ничего особенного не смотрело.

  «Это все? Больше ничего нет? Резник бросил последнюю скрепленную стопку бумаг среди остальных.

  Хан ответил на скрытую критику, потянув за манжеты рубашки, и выпрямился на стуле. «Предварительные интервью, да. Переписано с ленты».

  "Предварительный? Вы планировали снова взять интервью у некоторых из них?

  — Это был случай, сэр, да. Если необходимо."

  "И?"

  Хан провел ладонями обеих рук по верхней части ног; там тепло, и он начинает потеть. Скоро, подумал он, он сможет почувствовать его запах; как он это ненавидел.

  «Извините, сэр, я не совсем понимаю, о чем вы спрашиваете».

  — Я спрашиваю, — Резник старался не казаться раздраженным, но все же делал это, — были ли какие-то определенные планы, намеревался ли инспектор Астон еще раз официально поговорить с кем-нибудь из этих людей?

  Хан не торопился; муха, помолчавшая какое-то время, снова взлетела. Мне придется либо свернуть этот экземпляр « Пост» и убить его, подумал Резник, либо открыть окно и выпустить его наружу.

  — Нет, сэр, — наконец сказал Хан. — Не то чтобы я был в курсе.

  «Здесь нет никаких выводов относительно того, почему Ники Снейп покончил с собой».

  "Нет, сэр."

  — И никакой вины.

  "Сэр?"

  «Вины сотрудников нет. Никакой вины».

  "Нет, сэр. Это правильно."

  Так ли это, задумался Резник? Может быть это. С четвертой попытки он приподнял нижнюю половину окна достаточно высоко и газетой прогнал муху. "Как вы к этому относитесь? Вы чувствовали, что все были честны, говорили правду? Нечего скрывать?

  Трусы Хана начали неприятно прилипать к его коже; ему пришлось удержаться от того, чтобы поднять свое тело со стула и освободить их. — Инспектор, я не уверен…

  — К чему я клоню?

  "Нет нет. Думаю, я понимаю это. Но …"

  «Но Билл Астон был старшим офицером, и он только что трагически погиб».

  "Да."

  «Вы же не хотите, чтобы вас считали нелояльным».

  "Это правильно."

  Резник отодвинул достаточно бумаги, чтобы освободить место на краю своего стола, и сел, глядя в лицо молодого офицера; ждет, пока Хан посмотрит на него.

  Когда он это сделал, Резник сказал: «По вашим словам, это представляет собой основу предварительного отчета. Здесь нечего сказать, что, будь он жив, инспектор Астон не пошел бы дальше. Например, он упомянул мне, что, по его мнению, надзор в ночь смерти Ники мог считаться слабым. Пол Мэтьюз и Элизабет Пек, я считаю, что это правильно».

  Хан кивнул, да.

  — Вы присутствовали на их допросах?

  "Да сэр."

  «И что ты чувствовал? Вы думали, что им есть что скрывать?

  «Мэттьюз, он нервничал. Все время заикаюсь, знаете ли. Не то чтобы заикался, но больше спотыкался из-за своих слов».

  «А женщина? Пек?

  «Оборона. Да, я так и думал. Обиженный, как будто мы вообще не должны были ее допрашивать.

  "Хорошо." Резник снова встал на ноги. «Что вы делаете, так это. Попробуйте узнать, когда Инспекция социальных служб планирует опубликовать свой отчет. Учитывая то, что случилось с инспектором Астоном, вы могли бы получить некоторое представление о том, в каком направлении они скрываются, если они считают, что есть какие-то серьезные причины для беспокойства. Тогда свяжитесь с Джардин. Скажи ему, что нам почти наверняка нужно вернуться и снова поговорить с его людьми. Постарайтесь не поднять его спину, заставьте его встревожиться. Вы всегда можете сказать, что есть несколько мелочей, которые нужно убрать. В сложившихся обстоятельствах он должен купить это. Хорошо? Ты со всем этим справишься?»

  Впервые Хан почувствовал себя в состоянии улыбнуться. "Да сэр. Конечно."

  «Хороший парень». И, когда Хан открывал дверь: «Может быть, между нападением на Билла и всем этим нет никакой связи. Девяносто девять процентов, нет ни одного. Вовсе нет. Но мы должны быть уверены».

  Двадцать пять

  Резник заметил, что на Линн больше макияжа, сине-зеленый цвет над глазами. Помада не тяжелая, не акцентированная, но есть. Тонкий топ с высоким воротником под легкий жакет в клетку, удобная юбка. Она сняла куртку, как только открыла дверцу машины, и повесила ее на заднее сиденье. Со стороны пассажира Резник туго застегнул ремень. Он задавался вопросом, могла ли она снова начать встречаться с кем-то, с мужчиной; может быть, она просто начала чувствовать себя лучше. Он надеялся, что это так. Это было не больше, чем она заслуживала.

  Быстрая настройка зеркала, и они вырулили в поток машин, направляясь вниз к центру города, по дороге на юг к мосту.

  — Его жена, — спросила Линн, — Билла Астона, какая она?