Читаем Легионеры полностью

Привыкать к нему, в качестве однополчанина-фронтовика, никак нельзя. Остается необходимость двигаться вперед.

Кромвель сказал, а я, как попугай, из-за отсутствия собственных мыслей, повторяю «Дальше всех зайдет тот, кто не знает, куда идти». Рискну последовать по указанному маршруту.

* * *

После сдачи всех тестов и экзаменов, вполне буднично, произошло зачисление в легион… Попал я вместе со Стасом в парашютно-десантную роту. Я-то ладно, а как ему это удалось сделать, ума не приложу. Одна его приблатненая, разболтанная походочка чего стоит…

Остается тайной, как он смог выжить в тайге? О чем он так живописно рассказывал мне перед сном. В этом случае, ни одному его слову не верю. Так как в настоящей действительности, уже без того, чтобы он уссурийского тигра душил руками, пробежит пару километров и умирает… Элементарный подъем переворотом, сделать не может. Даже не сарделькой на перекладине висел, а бурдюком с нечистотами, когда при каждом напряжении брюшного пресса, он оглушительно пукал и распространял вокруг просто убийственный запах, валящий с ног, всех рядом стоящих.

Конечно, я его по физподготовке подтянул… И тем не менее, гораздо более сильных ребят отчислили, а его оставили.

За что такие нежности и почести? Но решения командиров, также как и их приказы, не обсуждаются, а просто выполняются.

Нас, счастливчиков, загрузили в автобус и из одного конца города перевезли в другой. Романтики в дороге не было.

Прибыв в подразделение, в первый же день был сражен наповал. Я увидел эту парочку бойцов-троглодитов. Что они вытворяли со своими боевыми товарищами — это для моего скудного умишки и понимания, просто непостижимо.

Ломать ноги, ребра, выворачивать челюсти из черепа? Это наверное безумно больно?

Меня, когда удалось служить на сверхсрочной, к таким фокусам приучали за счет длительных тренировок. Называлось это — резким понижением болевого порога. Судя по тому, как закаленные легионеры теряли сознание от боли и побоев, как они спичками ломались на помосте, с современными методиками подготовки элитных бойцов, здесь знакомы не были.

Когда смотришь такие бои по телевизору, это не так сильно дрючит и адреналинит, как воочию, в живую. Оба не боялись махать руками и делать дураков из старослужащих, которым, возможно, в ближайшем будущем, когда они вылечатся, будет поручено оказывать им огневую поддержку сзади. Прикрывать тылы, и держать круговую оборону. От одних мыслей, прямо скажем, мне было не по себе, и, не по тебе, тоже было. В таких случаях, очень удобно запулить обидчику пулей, точно в затылок.

После боя никто, как правило вскрытия погибших не делает, образцы отстрелянных пуль не собирает и судебно-медицинскую экспертизу не назначает. Иди, докажи, что свои разнесли башку?

Однако служба шла и деньги начислялись. Как врач, очень скоро почувствовал ее благотворное влияние на свой изнеженный организм. Исчезли любые упоминания и проявления жировых складок. Походка — легкая. Цвет лица — здоровый и загорелый. Мышцы — упругие. Глаза горят и по ночам светятся фосфорическим светом. И еще много чего, касаемо тела.

А вот с духовной сферой, полная прострация и вселенская беда. Такие признания, даже самому себе тяжело даются. За полгода службы и размеренной жизни легионера, мозгов осталось для того, чтобы ими думать о сексе, еде и…

Забыл… Зато, такое времяпрепровождение, прекрасно помогает беспрекословно нести службу и выполнять приказы командиров, не обращая внимания на связанные с этим тяготы и лишения…

Если все пойдет такими темпами и дальше, то я скоро смогу превратиться в лучшего солдата легиона. Мне в особо торжественных условиях, которые бывают один раз в году, летом, дадут пронести перед общим строем, главную святыню легиона, деревянную руку капитана Данжу.

Для тех «кого легион приютил в своих рядах, став им (как и я — Коле Рысаку) и матерью, и кормящим отцом. Герой и сакральный идол — капитан Данжу, обязан являться единственным примером беззаветного мужества и героизма, на всю оставшуюся жизнь!»

Этот герой погиб, о чем рассказывается в фильме о жизни и истории легиона, в 1863 году, в Мексике, в битве при Камероне.

Что вы?

Жуткая история.

В том памятном сражении, 3-ей роты славных легионеров с мексиканцами, всех наших поубивало. От роты остались, один капрал и два солдата. Они и были захвачены в плен озверевшими бунтовщиками. Которые пощадили только деревянный протез. С тех пор деревянная рука капитана Данжу, храниться в музее боевой славы в городе Абане, на юге Франции. «Легион ваша новая родина» — выложено громадными буквами у его входа. Ну, что ж «Viva la Legion!»

* * *