Читаем Легионер Тур полностью

— Видите ли, какое тут дело, подполковник Каварий Тоон потребовал организовать пикник для его гостей в реликтовой долине на Ферси. Я исполнил, но неожиданно началось землетрясение, и мы рванули к скоростному курьеру. Помню, мы расселись по креслам и взлетели. На этом моменте моя память обрывается. Подозреваю, кто-то неизвестный, но весьма влиятельный, в тот момент дистанционно активировал усыпляющий газ, да ещё явно вмешался в систему навигации. Очнулся я уже на потерпевшем аварию курьере. Спас полтора десятка высокопоставленных особ. Вот таким образом я и оказался на Кайгоне. Теперь вот ищу возможность раздобыть документы и возможность вернуться на территорию Священного союза, правда, тут есть один любопытный момент…

— Интересно, какой?

— В этой компании присутствует дочь верховного магистра Священного союза Эстель Гонориус и её подруга Кейтлин Муарро.

— Кто?! — в изумлении воскликнул майор, или кто он там был по званию.

— Конь в пальто! Я же ясно сказал: дочь верховного магистра. Кстати, сейчас вся эта компания находится на острове-полигоне реконструкторов.

— Тур, будь добр, перечисли все фамилии тех, кто сейчас находится на Кайгоне.

— Тут есть подполковник Каварий Тоон с сотрудницей контрразведки по имени Каролина. Есть ещё лейтенант Ромуальд Саакс…

— Что ты сказал?!

— Вы это о чём? — с недоумением поинтересовался я, лихорадочно соображая, кого имел в виду мой куратор.

— Неужели Ромуальд Саакс с вами?!

— Ну, да он действительно сейчас на острове. Мерзкая личность, доложу я вам.

— Ты знаешь, кто его отец?

— Понятия не имею, но думаю, большая шишка.

— Это мягко сказано! Его отец — бессменный председатель Парламента Священного союза Гарней Саакс, да к тому же глава одного из самых влиятельных кланов.

— Вот так-так, — растерянно протянул я, — и что теперь делать-то?

Мне вдруг подурнело. Судя по всему, теперь уже никогда не удастся вернуться на Ферси, а это значит, прощай, моя заначка на чёрный день, хотя попробовать стоило…

— Майор, разреши высказать мнение?

— Валяй.

— Брать эту компанию не стоит, куда лучше отпустить с миром. Если их арестовать, мне возвращаться на Ферси просто нельзя. Моё появление на оккупированной планете без этих людей непременно закончится в застенках контрразведки Священного союза, и уж там постараются вытрясти из моей головы если не всё, то очень многое, а за этим непременно последует крах подполья.

— Тур, ты должен понимать, решение такого уровня далеко выходит за пределы моей компетенции, это дело высшего политического руководства империи, а сейчас у нас два часа ночи и все спят.

— Химера, у меня мало времени. Если в ближайшие десять часов не будет принято окончательное решение, останется только всех схватить, но лично я возражаю, так как игра на Ферси ещё далеко не окончена.

Выслушав мою несколько эмоциональную речь, офицер Разведывательного управления Генерального штаба молчал минут пять, после чего вздохнул и нехотя ответил:

— Возможно, ты и прав, утверждать не берусь, тут вопрос даже не стратегической разведки и начальника Генерального штаба…

— Пусть хоть сам император решает, мне без разницы, лишь бы подполье без командования не осталось, а остальное уже мало волнующие детали.

— Сержант, ты забываешься! — неожиданно взревел куратор, но быстро взяв себя в руки, уже спокойно продолжил: — Я вижу, за то время, пока ты находился на территории, занятой противником, ты подрастерял всякое представление о субординации, ну ничего, это вполне поправимо. Отправим тебя в учебный полк на полгода, где опытные старшины тебя мигом приведут в чувство, да и вообще тебе не следует забывать, что официально ты числишься дезертиром, причём с заочно вынесенным смертным приговором через повешение.

— Я об этом никогда не забывал, господин майор, — внешне смиренно ответил я, хотя в душе разгорался самый настоящий гнев.

— А раз понял, можешь пока быть свободен. Оставишь связисту контактный номер, он тебя вызовет, когда придёт ответ, а пока спокойно погуляй по городу, быть может, в последний раз…

Медленно сняв гарнитуру связи, я глубоко задумался. Разговор мне категорически не понравился, особенно последние слова о последнем разе, слишком многообещающе это прозвучало, и с этим надо было что-то делать. Поднявшись с кресла, привинченного к полу, я покинул фургон и, встретившись с офицером связи, передал ему один из браслетов-коммуникаторов и сообщил свой контактный номер, после чего неторопливо направился на выход. Весь путь на первый этаж я обдумывал, как мне поступить, но кроме как обратиться к Корнею за помощью в приобретении новых легальных документов мне ничего в голову не пришло, уж они-то лишними точно не будут, а там посмотрим, каким боком жизнь и фортуна повернутся.