Читаем Легенды первых лиц СССР полностью

Часто даже Хрущёв становился «жертвой» различных околомедицинских слухов. Одно время он очень любил помидоры, а потом кто-то пустил слух, что есть помидоры вредно, поскольку приводит к отложению солей. А у него как раз с отложением солей были проблемы. И он совершенно отказался от помидоров. А потом Поляков, был такой в ЦК, за сельское хозяйство отвечал, убедил его в обратном. Говорит: «Не верьте, Никита Сергеевич, что от помидоров отложение солей бывает!» И он снова стал помидоры есть.

Но, повторяю, диеты в полном смысле этого слова у Хрущёва не было. Иногда кто-то из близких за столом сидит, практически ничего не ест. Никита Сергеевич спрашивает: «Ты что не ешь?» — «Я на яблоках сижу!» Модная диета тогда была — три килограмма антоновки в день съедать. А потом приходит тот же человек ко мне после завтрака:

«Лёша, дай что-нибудь, есть хочу!» Так что они иногда «сидели на диете» только для вида, сами же её потом и нарушали.

Хрущёв обычно взвешивался по утрам, когда приходил плавать в бассейн. Хотя какого-то особого, болезненного отношения к своему весу у него не было. Просто старался сильно не полнеть, хотя получалось у него это не всегда…

Делал Хрущёв и попытки заняться упражнениями для похудения. Маргарита Павловна Добрынина, которая много лет работала в подразделении 9-го управления КГБ, которое следило за физической формой первых лиц государства, вспоминала:

— Был случай с Хрущёвым. В те времена появилась мода — крутить обруч. Его ещё называли хулахуп. И вот Никита Сергеевич как-то пришёл в спортзал и попросил объяснить, как с ним надо обращаться. Но дело не пошло: Никита Сергеевич взял хулахуп, один раз крутанул его вокруг талии и уронил на пол. Потом перешагнул через него со словами: «Это не для меня».

В скобках отметим, что хулахуп был изобретён в США в 1957 году. В нашей же стране он стал бешено популярным после выхода на экраны фильма Элема Климова «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён» в 1964 году…

С определённого времени Хрущёва стали раздражать слишком пышные официальные приёмы, на которых, как говорится, «стоял пир горой». Его сын Сергей Хрущёв вспоминал: