Читаем Легендарное дело полностью

– Первое время я переживала, с кем она там переписывается и что это за люди. Аня же еще ребенок, хотя выглядит уже взрослой девушкой. Тем более живет в провинции. Мы люди простые, вдруг упустим, просмотрим – с подростками всегда страшно, что они могут учудить. Но она все лето в музей бегает с интересом, хотя ей там платят совсем немного – четверть ставки. Всю зарплату Анечка мне отдает и каждый день все-все рассказывает – кто написал, что за экспонаты пришли, как ее похвалил директор музея.

Под мелодичный голос Лены Гуров рассматривал город. За несколько дней отпуска они даже не успели еще толком по нему прогуляться.

Возле блистающего зеркальными стенами торгового центра Максим высадил своих пассажирок, и они с энтузиазмом нырнули во вращающиеся двери.

Вчера мужчины договорились, что Максим отвезет Гурова к зданию страховой компании, а сам подождет в машине. С каждым перекрестком лицо мужчины становилось все мрачнее, поэтому Лев решил пока не беспокоить его расспросами.

Он снова попытался выстроить логическую цепочку, чтобы найти ответы на вопросы, зачем и кому выгодно лишить Лену и Максима наследства. По закону о наследовании домик, земля и новая гостиница достанутся сестрам Валентины – лакомый кусочек, за который можно устроить разборки вокруг наследства. Но его опыт оперативника подсказывал, что люди с пристрастием к зеленому змию зачастую способны на преступления из разряда «за бутылку», а вот продумать хитрую схему с жалобами в прокуратуру проспиртованный мозг не способен. И еще важно разобраться, какие у полиции есть основания для подозрения неестественной смерти старой женщины. По стандарту ее тело прошло процедуру вскрытия сразу после смерти, и специалист ничего не заподозрил, иначе не выдал бы заключения и свидетельства о смерти. В общем, сегодняшний разговор должен был дать ответы на многие вопросы.

Страховая компания располагалась в старом здании с осыпающимися бетонными стенами, на втором этаже, за подслеповатыми от многолетней пыли окнами. В ободранном коридоре темнели пятна дверей, за которыми раздавался обычный офисный шум – негромкие голоса, звонки телефонов, ритмичный шорох принтера.

Гуров попал в нужную дверь с третьей попытки. В темноватом пыльном кабинете за единственным столом сидел угрюмый лысоватый мужчина в мятой рубашке и с сизой щетиной на обвисших щеках. Представился он Анатолием Ивановичем Савельевым. Фамилия Жуковы подействовала на него волшебным образом – глаза вспыхнули, а тело застыло во внимании, хотя он старался скрыть интерес, хмуря брови и как бы неохотно отвечая на вопросы. Говорить о размере страховой выплаты и обстоятельствах, при которых Валентина втайне от своих опекунов решила заключить договор, Савельев отказался, сославшись на коммерческую тайну. На остальные вопросы Гуров тоже получил уклончивые ответы без конкретной информации.

Тогда Лев решил идти ва-банк. Он убедился, что в кабинете не стоят камеры, а дверь плотно закрыта.

– Видите ли, семья Жуковых попросила меня с вами договориться. Они готовы согласиться на ваши условия, но с вашей стороны тоже нужны послабления.

Гуров готов был поклясться, что услышал, как в голове Савельева щелкнули рычажки и он начал просчитывать, что же несет такое предложение. Подозрение мелькало в глазах страховщика, но крючок он уже проглотил.

– Как я уже говорил, мне необходимы личные вещи покойной – переписки, документы, дневник, – чтобы убедиться в невиновности наследников. Прокуратура работает, и я могу ускорить расследование. Ели я увижу бумаги и личные вещи, значит, наследники готовы к сотрудничеству. Тогда можно будет обсудить послабления.

– Зачем вам вещи покойной? Что вы хотите найти?

– Я работаю с клиентами на сто процентов и должен быть уверен, что наследники Песоцкой хорошо о ней заботились. Я действую в ее интересах. Неужели несчастная старушка хотела получить за свой дом не благодарность, а преждевременную смерть?

– Хорошо, хорошо, я вас понял. – Спорить сыщик не стал, видя, как уверенно Савельев гнет свою версию. – Обязательно переговорю с Еленой и Максимом и объясню им разумность вашего требования. Но я думаю, что они просто опасаются мошенников, так что будет проще, если вы предоставите им копию договора для убедительности ваших доводов.

Глаза у сотрудника забегали:

– Зачем договор? Я вам предоставлю справочку, что являюсь сотрудником страховой компании «Альбион»…

– Да в этом никто не сомневается, вы сидите в своем кабинете, табличка на двери висит. Уверен, у вас все законно. Мои друзья просто хотят понять, что за договор заключила женщина. Валентина Митрофановна в последние годы отличалась странным ходом мыслей, поэтому опекуны старались контролировать каждый шаг старушки.

– Признания ее недееспособности не было. Ваши друзья могут сомневаться в чем угодно, имеют право. А старушка имела право застраховать свою жизнь.

Холодный взгляд из-под угловатых бровей и упрямо выдвинутая вперед челюсть говорили о том, что Савельев чувствует себя в разговоре вполне уверенно.