Читаем Ледовый барьер полностью

Предмет был почти бесплотным в своей красе. Казалось, у него нет поверхности; как будто можно протянуть руку и окунуть её прямо в рубиновую глубину. Продолжая рассматривать, ему показалось, что он видит внутри едва заметную структуру, непостоянную и переменчивую, которая переливается на свету. Почти вообразил себе холод, источаемый изнутри, охлаждающий разгорячённое лицо. То был самый прекрасный и сверхъестественный предмет, который он когда-либо видел.

Не отводя от него глаз, Тиммер опустил нож в карман, стянул перчатку и протянул руку вперёд, медленно, чуть ли не благоговейно, к великолепной сияющей поверхности.

Isla Desolacion, 23:15

Сэм МакФарлэйн проснулся рывком, сердце бешено колотилось. Он бы мог подумать, что это ночной кошмар, если бы звук взрыва до сих пор эхом не разносился по долине. Сэм вскочил на ноги, стул свалился на пол за его спиной. Уголком глаза он заметил, что Глинн тоже оказался на ногах и внимательно вслушивается. Как только их взгляды встретились, в бараке погас свет. Спустя мгновение абсолютной тьмы над дверью зажглись аварийные огни, отбрасывая на помещение бледно-оранжевый свет.

— Чёрт, что это было? — Произнёс МакФарлэйн.

Его голос был едва различим в громком порыве ветра: окно разбилось и снег, кружась, ворвался в барак, смешиваясь с деревянными щепками и осколками стекла.

Глинн подошёл к окну и всмотрелся в тьму бурана. Затем глянул на Гарзу, который тоже был на ногах.

— Кто на вахте?

— Хилл.

Глинн поднял рацию.

— Хилл! Это Глинн. Отчёт, — произнёс он, затем убрал большой палец с кнопки передачи и вслушался. — Хилл!

Потом переключил частоту.

— Передовой пост? Томпсон?

Ответом было лишь громкое шипение статики. Он опустил рацию.

— Радиосвязь барахлит, я не получаю откликов. — Он снова повернулся к Гарзе, который нацеплял на себя снегоступы. — Ты куда?

— К генераторной.

— Нельзя. Пойдём вместе.

Тон голоса Глинна стал резким, в нём раздались военные нотки.

— Да, сэр, — кратко ответил Гарза.

Снаружи донёсся стук, и в комнату ввалилась Амира, которая до этого оставалась в бараке связи. Её плечи облегал снег.

— Нигде нет электричества, — выдохнула она. — Всё, что есть — резерв.

— Понял, — сказал Глинн.

В его руке возник маленький пистолет, «Глок-17». Глинн проверил магазин, затем заткнул оружие за пояс.

МакФарлэйн обернулся, чтобы надеть комбинезон. Когда запихнул руки в рукава, заметил устремлённый на него взгляд Глинна.

— Не вздумайте это сказать, — произнёс МакФарлэйн. — Я иду с вами.

Глинн помедлил и увидел его решимость. Повернулся к Рашель.

— Вы остаётесь здесь.

— Но…

— Рашель, ты нужна нам здесь. Запри дверь, как только мы выйдём. Скоро появится охрана.

Через несколько мгновений три человека Глинна, Томпсон, Рокко и Сандерс, с автоматами «Ингрэм-М10» на плечах, показались в дверях. У них в руках горели мощные фонари.

— Все на месте, кроме Хилла, сэр, — сказал Томпсон.

— Сандерс, расставьте охрану у каждого барака. Томпсон, Рокко — идёте со мной, — сказал Глинн.

Он пристегнул снегоступы, схватил фонарь и вышел в бурлящую тьму.

МакФарлэйн сражался с непривычными снегоступами. После часов дремоты у печи он уже забыл, как холодно снаружи, забыл укусы холодных снежинок, когда ветер резко швыряет их в лицо.

Генераторная находилась лишь в пятидесяти ярдах. Гарза отворил дверь и они вошли в крошечное помещение. В свете фонарей Томпсон и Рокко осмотрели его. В воздухе висела вонь от сгоревших проводов. Гарза встал на колени, чтобы открыть серый металлический кожух главной контрольной панели. Как только он это сделал, в свет фонарей оттуда вырвалось облако едкого дыма.

Гарза провёл по панели пальцем.

— Сгорела намертво, — сказал он.

— Оценка времени на восстановление? — Спросил Глинн.

— Главный блок переключателей — десять минут, максимум. Затем мы сможем провести диагностику.

— Займитесь этим. А вы, ребята, оставайтесь снаружи и охраняйте дверь.

Главный строитель работал в молчании, пока МакФарлэйн продолжал наблюдать. Глинн снова проверил рацию; обнаружив, что в эфире нет ничего, кроме шума, он положил её в карман. Наконец, Гарза отступил на шаг и щёлкнул рядом переключателей. Раздался щелчок и гудение, но свет не появился. Удивлённо крякнув, Гарза открыл стоящий рядом металлический ящик, вытянул оттуда карманный компьютер для диагностики, присоединил к разъёму на главной контрольной панели и включил. Маленький синий экран ожил, включился.

— Уйма всего сгорела, вверх и вниз по цепи, — сказал он через мгновение.

— Как насчёт подавителей перенапряжения?

— Что бы это ни было, оно вызвало просто чёрт знает что. Свыше миллиарда вольт меньше чем за миллисекунду, с током больше пятидесяти тысяч ампер. Никакие стабилизаторы или подавители перенапряжения от такого спасти не могут.

— Миллиард вольт? — Недоверчиво переспросил МакФарлэйн. — Даже молния не настолько сильна.

— Именно так, — сказал Гарза, отцепляя прибор от панели и опуская его в карман комбинезона. — По сравнению с вспышкой такого масштаба даже молния — не более чем статическое потрескивание.

— Так что же это?

Гарза покачал головой.

— Бог знает.