Каково же было мое удивление, когда за отъявленного баламута и ненавистника нашей страны вступилась… Федерация хоккея СССР. В редакцию «Известий» пришло письмо на бланке федерации за подписью ее председателя Николая Кузьмича Королькова. В этом послании я фигурировал как «корреспондент в Канаде В. Палладин» (притом что в моей статье черным по белому было сказано: «А. ПАЛЛАДИН, соб. корр. «Известий» в Вашингтоне») и говорилось: «Не совсем правомерна подобная дискредитация А. Иглсона. Несмотря на все его отрицательные качества, он пользуется значительным авторитетом у руководителей НХЛ и хоккеистов и от него во многом зависит дальнейшее развитие наших контактов с североамериканским хоккеем. <…> искажения в публикациях отдельных фактов могут негативно отразиться на установившихся контактах Федерации хоккея СССР с канадскими хоккейными ассоциациями».

Знакомя меня с этой отмазкой отъявленного негодяя и антисоветчика, Борис Федосов вспомнил, как в 1967 году сам навлек на себя сановный гнев репортажем об ответном футбольном матче динамовцев Киева с шотландским клубом «Селтик» в розыгрыше Кубка европейских чемпионов. В первой встрече, причем на выезде, украинская команда одержала победу – 2:1, а на своем поле ушла в глухую оборону, сделав ставку на ничейный результат, выводивший ее в следующий раунд. Федосов, как я уже упоминал, в молодости играл в футбол и в своей публикации сравнил тактику киевлян с поведением зайца, когда тот, опрокинувшись на спину, пытается отбиться лапами от стервятника. На следующий день в кабинете Гребнева (тогдашний первый замглавреда «Известий») раздался звонок по «вертушке». Звонил первый секретарь ЦК Компартии Украины Шелест:

– Вся республика возмущена статейкой вашего сотрудника. Как он посмел оскорбить лучшую футбольную команду нашей страны?! Требуем примерно наказать обнаглевшего щелкопера!

Гребневу было не впервой отдуваться за острые публикации в «Известиях». Стреляный воробей, он понаторел в такого рода разборках.

– Понимаю вас, Петр Ефимович, и искренне огорчен, что так случилось,– с показным смирением ответил он Шелесту.– Молодой, начинающий журналист действительно перегнул палку, и мы ему на это строго укажем. Заверяю вас: подобное не повторится…

– Я в тот момент,– добавил Федосов,– находился в кабинете Алексея Васильевича (зашел к нему обсудить новый материал), и он нарочно отодвинул телефонную трубку от уха, чтобы я мог слышать его разговор с Шелестом. При этом строил уморительные гримасы и лукаво мне подмигивал. В газете меня и пальцем не тронули, зато киевские друзья предупредили: дорогу на Украину надолго забудь, если не хочешь, чтобы щирые украинские хлопцы тебе шею свернули.

Вот и в моем случае руководство «Известий» к письму председателя Федерации хоккея СССР отнеслось совершенно спокойно, тем более что дальнейший ход событий подтвердил мою правоту. Таким образом, в данном случае руки у «Бога и царя НХЛ» оказались коротки, и судьба Кристи Блэтчфорд меня миновала (шучу!).

<p>Как я помог сборной СССР по хоккею получить Кубок канадцев</p>

В середине 1970-х годов энхаэловцы придумали турниры на Кубок Канады. Неспроста. Успехи советских хоккеистов в матчах с командами НХЛ и ВХА развенчали миф о том, будто в этом виде спорта есть настоящие мастера – североамериканцы – и подмастерья-европейцы, способные побеждать только в чемпионатах мира и на зимних Олимпиадах, где Канаду и США десятилетиями представляли любительские коллективы. Когда же выяснилось, что хоккеистам Старого Света (прежде всего – советским) по зубам и профессионалы, руководству НХЛ стало трудней заполнять трибуны ледовых арен и привлекать рекламодателей при проведении розыгрышей Кубка Стэнли. А тут еще конкуренция со стороны ВХА, наладившей тесные контакты с Федерацией хоккея СССР, вследствие чего наши команды стали все чаще играть за океаном, давая местным болельщикам регулярные поводы сравнивать их с «профи»…

Первый турнир на Кубок Канады состоялся в сентябре 1976 года. Его инициатором стал Иглсон, заслужив похвалу лучшего в то время в профессиональном хоккее вратаря Кена Драйдена: «Молодец! Ни для кого не секрет, что наша публика порядком охладела к розыгрышу Кубка Стэнли».

При этом «Бог и царь НХЛ» сделал все от него зависящее, чтобы обеспечить победу сборной Канады. «Турнир организовали так, чтобы наша команда имела заведомое преимущество во всем,– писала потом монреальская “Газетт”.– Иглсон так подтасовал расписание, что, пока русские, шведы и хоккеисты ЧССР с первого дня выкладывались на всю катушку, канадцы подходили к пику формы постепенно, играя с аутсайдерами. Кроме того, шведы вполне обоснованно жаловались, что им пришлось через день мотаться в перелетах из Торонто в Виннипег, а оттуда в Квебек-Сити, тогда как наши дальними переездами себя не утруждали. Самые же тяжелые испытания были уготованы русским».