В эту минуту, глядя в его глаза, она почувствовала, что Дуг Комли видел в ней то, чего не видели другие. Что он смотрит через ее оборонительные доспехи, чтобы разглядеть женщину, находящуюся внутри них. Женщину, которая всегда боялась, что ее сердце может победить ее саму.

Она взглянула на тарелку с десертом, чизкейк закончился; она не помнила, как доела его. "Позволь мне подумать", — сказала она.

"Конечно". Он засмеялся. "Ты не была бы Маурой Айлз, если бы не сделала этого".

Этой ночью, вернувшись в свой номер, она позвонила Дэниелу.

По его тону она поняла, что он был не один. Он был вежлив, но безличен, как если бы говорил с одним из прихожан. На заднем плане она слышала голоса, обсуждающие цену на отопление, стоимость ремонта крыши, сбора пожертвований. Это было собрание по церковному бюджету.

"Как там?" — спросил он. Любезно и нейтрально.

"Намного холоднее, чем в Бостоне. Там уже лежит снег".

"А здесь не прекращается дождь".

"Я прилетаю в воскресенье вечером. Сможешь забрать меня в аэропорту?"

"Я приеду".

"А потом? Мы сможем устроить поздний ужин у меня дома, если ты захочешь остаться на ночь".

Пауза. "Я не уверен, что смогу. Позволь мне подумать над этим".

Это был почти такой же ответ, как тот, что она дала Дугу ранее этим вечером. И она вспомнила его слова. Иногда ты просто должен прыгнуть и довериться Вселенной.

"Я позвоню тебе в субботу?" — сказал он. "Я уточню свой график к тому времени".

"Хорошо. Но если ты не сможешь связаться со мной, не волнуйся. Возможно я буду вне зоны действия сети".

"Тогда до встречи".

Не было "я люблю тебя" на прощание, только тихое "до встречи" и разговор окончен. Такими интимными вещами они делились только наедине за закрытыми дверями. Каждая встреча была спланирована заранее и потом неоднократно проанализирована. Слишком много думаешь, сказал бы Дуг. Все эти размышления не принесли ей счастья.

Она взяла трубку телефона и связалась с оператором отеля. "Можете соединить меня с номером Дугласа Комли, пожалуйста?" — сказала она.

После четырех гудков он ответил. "Алло?"

"Это я", — сказала она. "Приглашение все еще в силе?"

4

Приключение началось довольно неплохо.

В пятницу вечером попутчики собрались, чтобы выпить. Когда Маура вошла в бар отеля, она обнаружила Дуга и его компанию, уже сидящих там и ожидающих ее. Арло Зелински выглядел как человек, который прошел путь по путеводителю Мишлен — пухлый и облысевший, человек с большим аппетитом и искренним смехом.

"Я всегда говорил, чем больше, тем лучше! И теперь у нас есть повод заказать две бутылки вина за ужином", — сказал он. "Оставайтесь с нами, Маура, и я гарантирую, что вы хорошо проведете время, особенно когда Дуг за старшего". Он наклонился и прошептал: "Я могу поручиться за его моральные качества. Я оформляю его налоговые декларации много лет, и если кто и знает ваши самые сокровенные секреты, так это ваш бухгалтер".

"О чем вы там двое шепчетесь?" — спросил Дуг.

Арло невинно посмотрел на него. "Просто сказал, что суд присяжных подкупили, чтобы проголосовать против тебя. Они не должны были выносить этот приговор о заключении".

Маура расхохоталась. Да, ей определенно нравился этот друг Дуга.

Но она была не уверена насчет Элейн Сэлинджер. Хотя женщина сидела, улыбаясь во время беседы, это была натянутая улыбка. Все в Элейн казалось ей натянутым, от облегающих кожу черных лыжных брюк до ее невероятно гладкого лица. Она была примерно одного возраста и роста с Маурой и имела модельную худобу, талию, вызывающую зависть, и самоконтроль, с помощью которого она поддерживала все это. Пока Дуг, Маура и Арло разделили бутылку вина, Элейн пила только минеральную воду, украшенную ломтиком лайма, и она целомудренно держалась в стороне от миски с орехами, в которой с энтузиазмом ковырялся Арло. Маура не понимала, что общего у них двоих и уж, конечно, она даже представить не могла как они познакомились.

Дочь Дуга, Грейс, была еще одной загадкой. Он говорил, что его бывшая жена была красоткой и ее самые удачные гены, очевидно, передались дочери. В тринадцать лет Грейс уже была потрясающей длинноногой блондинкой с четко очерченными бровями и прозрачными голубыми глазами. Но это была равнодушная красота, холодная и непривлекательная. Девочка не произнесла ни слова за весь разговор. Вместо этого она неподвижно сидела на своем месте в наушниках от Айпода. Наконец она издала драматический вздох и оторвала свое долговязое тело от стула.

"Папа, теперь я могу вернуться в свою комнату?"

"Ну же, милая, посиди с нами", — призвал Дуг. "Мы не заставим тебя скучать".

"Я устала".

"Тебе только тринадцать", — дразнил ее Арло. "В твоем возрасте ты должна была выплясывать рок-н-ролл с нами".

"Я не думаю, что нужна вам всем здесь".

Дуг только что заметил ее Айпод и нахмурился. "Выключи его, хорошо? Попробуй присоединиться к разговору".

Девочка бросила на него взгляд, исполненный чисто подросткового презрения и откинулась на спинку стула.