-Нет! У неё не может быть открыто девяти меридианов! Да даже восьми! Она же меньше года в секте! – лицо красавицы покраснело от гнева, а глаза метали молнии.

-У ученицы Лан открыты девять меридианов, это подтвердили все старейшины.

-Этого не может быть!

-Но это так и есть. Всё, хватит спорить! Пора выступать!

Три старейшины во главе со старейшиной Джаном и полтора десятка учеников вышли из ворот секты и порысили в сторону города Летнего Ветра. Минут через сорок они достигли его стен. Охранники низко кланялись, приветствуя старейшин и учеников, а десятки зевак смотрели на важно идущих культиваторов, открыв рот. Такая картина повторялась за этот день ещё не раз. На отборочные соревнования приехали представители всех сект, семьи культиваторов тоже отправили по парочке участников, даже Императорский наместник со свитой приехал, правда, этот только посмотреть.

Членов секты Опадающей листвы разместили неподалёку от главной боевой арены города Летнего Ветра, как и других участников соревнований. Каждой секте выделили по зданию, если одного не хватало – то несколько. Члены семей культиваторов тоже не остались на улице, но для них город выделил всего пару десятков комнат, так что большинству пришлось расселиться по гостиницам и постоялым дворам.

-Старейшина Джан, мы пойдём, прогуляемся по городу. Можно же? – спросил один из учеников внешней секты уже под вечер, когда суета улеглась, а все удобно устроились в своих комнатах.

-Конечно! Только, пожалста, ведите себя прилично. Завтра вам показывать силу секты на бойцовской арене! Не хотелось бы, чтоб вы являлись туда побитые или, того хуже, мучающиеся похмельем!

-Ну что вы, старейшина Джан, мы же никогда! Мы всё понимаем!

-Знаю я ваше «понимаем». Идите уже, идите. Но чтоб завтра утром были как огурчики!

-Спасибо, старейшина Джан! – ученик глубоко поклонился и выбежал из комнаты, неся радостные известия другим.

Тяньша тоже пошла прогуляться. Да, она уже не раз бывала в городе Летнего Ветра, видела много чего, особенно когда изучала его трактиры и рестораны. Но всё равно каждый раз в городе находилось что-то новое и интересное. Ещё бы! В городе жило не менее полумиллиона человек, пятая часть всего населения провинции! В таком гигантском городе развлечений должно было быть невероятное количество.

Девушка шла по улицам, вдыхала аромат цивилизации, хоть и приправленный запахами конского навоза, дыма и гниющих отходов, но всё равно манящий. В город съехалась уйма народу, чтоб посмотреть на бои культиваторов, так что улицы были наводнены людьми и теми, кто их развлекал. Продавцы уличной еды, разнообразные фокусники, сумасшедшие и прочие, кто веселили приезжих. Тяньша как раз проходила мимо какого-то небольшого кафе, возле которого выступал одинокий жонглёр с факелами, когда её окликнул знакомый голос, который она уже почти забыла:

-Ого! Лю Фей! Ты живая, что ли, сучка?! Ха-ха-ха! Не сдохла в Небесной реке! А ну иди сюда! А ну иди сюда! Будешь нам прислуживать, раз такое дело! И где одежду такую взяла? Украла, что ли? Если хозяин тебя поймает – то ты сама отвечать будешь, мы не при делах! Ты что застыла? Быстро сюда, тварь! – Тяньша повернулась и с ужасом увидела сидящее за столиком кафе семейство Лю с Лю Тэнфеем во главе. Он-то к ней и обращался.

Кулаки девушки сжались сами собой, и она сделала шаг к столику.

Глава 10. Урок.

-Госпожа Лан, прошу вас на выход. К вам пришли! – стражник городской тюрьмы, лязгнув ключами в замке, открыл дверь камеры и весьма вежливо обратился к девушке, лежащей на кровати в камере.

-Хорошо. – Тяньша покорно встала, машинально поправила скомканное одеяло на кровати, но сразу же одёрнула себя и вышла из камеры.

Стражник закрыл камеру и пошел впереди девушки, неторопливо ведя её куда-то. Вообще стражники что в городе, что в городской тюрьме вели себя с ней весьма учтиво и обходительно. Когда она попала сюда, то ей выделили просторную одиночку, с деревянным полом, побеленными стенами и потолком – и даже с кроватью. Правда, кровать была без постельных принадлежностей, но их притащили в пять минут – так что ночевала Тяньша со всеми удобствами. Даже завтраком накормили. Над другими узниками так не тряслись – по пути девушка видела грязные, забитые узниками камеры, постелями в которых служили циновки на глиняном полу.

-Прошу! – стражник открыл дверь и отошел, пропуская узницу. Девушка зашла, дверь за ней закрылась, но стражник остался с другой стороны.

-Садись. – за столом с двумя стульями сидел старейшина Сюй, вертя в руке нефритовую табличку.

-Старейшина Сюй, простите меня! Я не знаю, что на меня нашло! – Тяньша глубоко поклонилась старейшине, ожидая от него выволочки. Надо покаяться как можно искреннее на вид – может, и пронесёт!

-Пф! Не надо мне тут твоих поклонов! Садись! У меня тут есть отчёт от городской стражи. – старейшина махнул табличкой. – но лучше расскажи сама, зачем ты это всё устроила.

Тяньша села и насупилась. Что рассказывать-то? Оно само просто так получилось!