Дженнифер не стала считать деньги, но там было точно не меньше пятнадцати тысяч. Подумать только, ведь еще вчера ей нечем было расплачиваться в магазинах.

— Спасибо, Шер, — искренне сказала она. — Этого я от тебя не ожидала.

— Знаю, что не ожидала. Но если ты хочешь, чтобы меня отправили обратно в тюрьму, можешь позвать полицию или рассказать все Тому. Или инспектору, который должен следить за моим поведением и с которым я, кстати, тоже трахаюсь, уж он-то делает это отлично.

— Что ты Шер, я никогда…

— Я так и знала, — улыбнулась Шер. — Больше всего я хочу, чтобы ты поквиталась с этими подонками, которые тебя так жестоко подставили. И еще я бы не хотела потерять работу. Должна признаться, мне понравилась моя новая честная жизнь на свободе. Правда, нельзя сказать, чтоб моя новая работа так уж отличалась от того, чем я занималась раньше.

Девушки заказали еще вина. Дженнифер молча пыталась переварить все, что она услышала от Шер.

— И все-таки кое-что мне непонятно, — сказала она наконец.

— Хочешь, чтобы я рассказала тебе все снова?

— Нет. Только объясни мне, как тебе удалось завоевать доверие Тома.

Шер рассмеялась:

— Очень просто. Такие парни не верят, что у женщин есть мозги. Они считают, что женщины созданы для того, чтобы они их трахали. Все, что от меня требовалось, — раздвинуть ноги и помалкивать. Если ты раскрываешь рот только для того, чтобы говорить им приятные вещи или делать для них приятное, они поверят всему. Не притворяйся, что ты этого не знала.

Дженнифер смотрела на подругу с восхищением.

— Да, ты тонкая штучка!

— А ты только что заметила? Ничего удивительного, что тебя так легко подставили.

Дженнифер не обиделась на Шер за эти слова. Какой смысл обижаться? Ведь это была чистая правда.

Шер протянула ей руку.

— Ты больше не сердишься на меня? Мир?

— Мир, — согласилась Дженнифер. — А теперь давай я расскажу тебе план, который я придумала. Ты должна помочь мне его выполнить. Ты считаешь, это справедливо, что Мовита, Зуки и Тереза все еще в тюрьме?

— Ты спятила? Я не собираюсь участвовать в нападении на тюрьму!

Дженнифер улыбнулась:

— Успокойся, Шер. Мне приятно слышать, что ты считаешь меня такой отважной, но я не так глупа. Хотя план у меня есть.

Она наклонилась к подруге и начала рассказывать.

50

ДЖЕННИФЕР СПЕНСЕР

Дженнифер обсудила с Ленни все детали, чтобы убедиться, что она ничего не забыла. В ответ он сказал две вещи: во-первых, план мог сработать, а во-вторых, он не прочь еще задержаться в «Мерсере».

— Мне нравятся их полотенца, — добавил он в шутку. Дженнифер рассмеялась, схватила его за шею и повалила на постель.

— Мисс Спенсер! — завопил он. — О чем вы думаете?! Горничная только что убрала номер!

— К черту горничную, — ответила Дженнифер, и они надолго замолчали.

Позже, сидя в ванной, Дженни подумала, что никогда прежде не ценила простые человеческие радости. Как не ценила и Ленни. Она потрясла мокрыми волосами, которые ей только сегодня утром очень коротко подстригли, и еще раз перебрала в памяти все необходимые приготовления к сегодняшнему вечеру.

Кажется, ничего не забыто. Шер обещала подготовить печатные документы и компьютерные записи, касающиеся мошеннических сделок. Ленни мог выступить свидетелем — ведь он не был условно освобожденным заключенным, как она и Шер.

Сейчас Ленни спал в их широкой постели. Он оказался потрясающим любовником. Интересно, он всегда такой или только с ней? В любом случае она все это время была слепой и недогадливой.

Рядом на мраморной столешнице стоял букетик фрезий, который подарил ей Ленни. Скромные ароматные цветы казались Дженни прекрасными. Когда в последний раз она нюхала цветы? Она могла вспомнить только ноготки, которые Веснушка принесла на свадьбу Зуки.

Тюрьма отняла у нее полтора года жизни. Но разве годы, проведенные в «Хадсон, Ван Шаанк и Майклс», не прошли зря? Она занималась только своей квартирой, мебелью и акциями. Самоуверенная, эгоистичная, ограниченная — такой она была, когда попала в тюрьму.

Работая у Дональда, Дженнифер потеряла старых друзей и не приобрела новых, не считая ее бывшего жениха и босса. Как там Ленни их называл? Желтые скунсы?

Ее суждения, жизненные ценности, цели — всего этого Дженнифер теперь стыдилась. Тюрьма оказалась тяжелым испытанием, но она поставила ей мозги на место, помогла отличить хорошее от дурного, а ценное — от ненужной шелухи.

Теперь Дженнифер знала, что важно не то, сколько ты зарабатываешь, как продвигается очередная сделка, сколько людей завидуют тебе и какие у тебя связи. Да, тюрьма — это страшно, но благодаря ей она многое узнала и многому научилась. В заключении она завоевала свободу. Свободу от страха. Она больше не боялась потерять свою квартиру или свой гардероб. Она знала: главное — это ее друзья и ее свобода.

«Балтазар» по-прежнему оставался одним из самых модных ресторанов в Нью-Йорке. Он был отделан под парижское бистро, и ходили злые шутки, что его хозяева, братья О'Малли, даже пыль привозили из Парижа.