Читаем Леди полночь полностью

Джулиан стоял неподвижно перед столом Дианы. Он смотрел, будто сквозь Диану, сквозь огромные стеклянные окна позади нее, спуск к шоссе, а ниже пляж и море за ними. У него была очень хорошая память, хотя он уже и не помнил, сколько ему было лет, когда это случилось. Он был на пляже, и делал эскизы заката и серферов на воде. В обычном наброске больше радости движения и не важно, получится ли картина правильно. Тай тоже был там, он играл: строил ряд небольших квадратов из влажного песка, каждый одинакового размера и формы. Джулиан посмотрел на свои собственные наброски и на систематические линии Тая, и подумал: «Мы оба видим тот же мир, но по-разному. Тай чувствует ту же радость, что и я, радость творения. Мы чувствуем все тоже самое, только форма выражения наших чувств различна»

- Это была вина Артура, - сказал Джулиан. – Я… Я не знаю, почему он это сделал.

Он знал, что его голос звучал встревожено. Он ничего не мог поделать. Обычно когда у Артура случались эти плохие дни, его ненависть и гнев были обращены вовнутрь, к самому себе. Он бы не подумал, что его дядя даже знал, что у Тая есть наушники: и даже бы не подумал, что Артур обратил внимание на кого-либо из них достаточно, а тем более на Тая, чтобы заметить такую деталь.

- Я не знаю, почему он так обращался с Таем.

- Мы можем быть жестоки к тем, кто напоминает нам нас самих.

- Тай не похож на Артура, - Тон Джулса стал резким. - И он не должен расплачиваться за то, что сделал Артур. Вы должны позволить ему пройти испытание еще раз, с его наушниками.

-Это необязательно, - сказала Диана. - Я знаю, на что способен Тай; я изменю отметки за его тест, чтобы показать это. Тебе не стоит беспокоиться о Конклаве.

Джулиан озадаченно посмотрел на неё.

- Если это не касается оценок Тая, зачем вы тогда хотели меня видеть?

- Ты слышал, что Тай там сказал, - произнесла Диана. - Он не хочет быть такого рода Сумеречным охотником. Он хочет вступить в Некроситет. Поэтому он и отказывается стать парабатаем Ливии. И ты знаешь, что он делает почти всё, что угодно для нее.

Тай и Ливви были в компьютерной комнате, искали что-нибудь о Стэнли Уэллсе. Казалось Тай, оставил свой гнев, даже улыбнулся после того, как Марк подошел с ним поговорить. Джулиана интересовало, нормально ли это - чувствовать абсурдную ревность по отношению к тому, что Марку, появившемуся вновь в их жизни только вчера, удалось поговорить с младшим братом, тогда когда он не смог. Джулиан любил Тая больше, чем он любил свою собственную жизнь. И все же он думал, как сказать своему брату: « мы оба травмировали руки»

- Он не может присоединиться к ним, - ответил Джулиан. - Ему всего лишь пятнадцать лет. Другим студентам как минимум по восемнадцать. Это место предназначено для выпускников Академии.

- Он также умен, как любой выпускник Академии,- сказала Диана. - Он столько всего знает.

Она подалась вперед, положив локти на стеклянный стол. Позади нее океан простирался до самого горизонта. Уже близился вечер, и вода была темного серебристо-синего цвета. Джулиан подумал о том, что бы произошло, если бы он ударил рукой по столу; хватило бы у него сил на то, чтобы разбить стекло?

- Дело не в том, как он умен, - сказал Джулиан и замолчал.

Он собирался сказать именно то, о чём они никогда не говорили: причина, по которой Тай был другим. Джулиан часто думал о Конклаве, как о черной тени, падавшей на его жизнь. Они забрали у него старшего брата и сестру, точно так же, как это сделал Дивный народец.

Через столетия, правила того, как Сумеречные охотники вели себя и должны были вести, были строго регламентированы. Расскажите примитивным о Сумеречном мире и вы будете наказаны, или вас отправят в изгнание. Влюбитесь в примитивного или своего парабатая, и вы лишитесь ваших рун, пройдя через мучительный процесс, по завершению которого не каждый сможет остаться живым.

Увлечение Джулиана живописью, интерес его отца к классике: все рассматривалось с глубоким подозрением. У Сумеречных охотников не должно быть каких-либо интересов, за исключением Сумеречного мира. Сумеречные охотники не были художниками. Они были воинами до мозга костей, как спартанцы. И индивидуальность не была чем-то, что они ценят.

Мысли Тая, его великолепный, пытливый ум, были не такими, как у остальных. Джулиан слышал рассказы — слухи, о чрезвычайно иных детях Сумеречных охотников, которые думали и чувствовали иначе. У которых были проблемы с фокусировкой внимания. Таких, которые утверждали, что буквы на странице меняли своё расположение, когда они пытались прочесть их. Тех, кто впадал в депрессию, казалось бы без причины, или прилив сил, который они не могли контролировать.