Читаем Леди полночь полностью

Внезапно какие-то голоса отразились в коридоре эхом; Эмма слышала звук бегущих шагов. Малкольм щёлкнул пальцами. Фиолетовый свет засиял в проходе, находящемся позади них, его блеск пропал, как только преобразовался в более тусклую и непроницаемую стену.

Звук шагов и голосов исчез. Эмма находилась с Малкольмом в запечатанной им же пещере.

Она отошла назад, сжимая в руках светильник. - Я разрушу эти Руки Славы, - предупредила она, её сердце отчаянно билось о грудную клетку. - Я сделаю это.

На кончиках его пальцев замерцал тёмный огонь. - Я могу тебя отпустить, - произнёс он. - Могу позволить тебе жить. Выплыви отсюда через океан, как уже делала до этого. Ты сможешь передать моё сообщение. Моё сообщение Конклаву.

- Я не нуждаюсь в том, чтобы ты меня отпускал, - она тяжело дышала. - Я лучше сражусь с тобой.

Его улыбка искривилась, став почти печальной. - Ты и твой меч, чья история сейчас не имеет никакого значения, не противники для мага, Эмма.

- Чего ты хочешь от меня? - спросила она, её голос повысился, эхом отразившись от стен пещеры. - Что тебе надо от меня, Малкольм?

- Я хочу добиться от тебя понимания, - проговорил он сквозь сжатые зубы. - Мне нужно, чтобы кто-то объяснил Конклаву, в чём они виноваты, мне нужно, чтобы они знали, что по их вине пролилась кровь, и мне также нужно, чтобы они осознали, почему это случилось.

Эмма взглянула на Малкольма, худого и высокого мужчину в покрытом пятнами белом пиджаке, на концах пальцев которого плясали магические искорки. Он одновременно и пугал её, и печалил.

- Твои причины не имеют никакого значения. Возможно, ты делал то, что делал во имя любви. Но если ты думаешь, что что-то изменится, ты ничем не лучше Конклава.

Он двинулся к ней, и Эмма бросила в него светильник. Малкольм увернулся и светильник пролетел мимо, с лязгом врезавшись в каменный пол. Пальцы отрезанных рук на нём, казалось, скрючились, чтобы защитить себя. Эмма развела ноги в стороны так, чтобы её не сбили с ног. Этому приёму её давным-давно научил Джейс Эрондейл, когда они находились в Идрисе.

Она удерживала рукоять Кортаны двумя руками, и в этот раз вспомнила Клэри Фэйрчайлд и те слова, что та сказала ей в Идрисе, когда Эмме было всего двенадцать лет: «Герои - не всегда те, кто побеждают. Иногда они проигрывают. Но они приходят в себя и продолжают сражаться. Они не сдаются. Вот, что делает их героями».

Эмма бросилась к Малкольму, занеся Кортану. Он отреагировал на её атаку с секундной задержкой - вытянул руку в её сторону, а из его пальцев вырвался поток огня. Он двинулся по направлению к ней, испепеляя всё на своём пути, и был похож на полосу фиолетово-золотого света.

Эта задержка дала ей время уклониться. Она крутанулась и подняла Кортану над своей головой. Магия столкнулась с лезвием меча и потухла. Она вновь ринулась в атаку, Малкольм пригнулся, но она всё же разрезала рукав его одежды, чуть выше локтя. Он этого и не заметил.

- Смерть твоих родителей была необходимостью, - пробормотал он. - Мне надо было убедиться в том, что книга работает.

- Нет, ты не должен был, - прорычала Эмма, размахивая Кортаной. - Тебе следовало получше обо всём узнать, чем пытаться оживить мертвеца.

- Если бы Джулиан умер, ты бы не попыталась вернуть его назад? - спросил Малкольм, деликатно подняв брови вверх. Эмма отпрянула так, как будто он влепил ей пощёчину. - Ты бы не вернула своих родителей к жизни? О, это так просто для тебя, как и для всех Сумеречных охотников, стоять, говоря о морали, как если бы ты была лучше, чем большинство из нас...

- Я лучше, - произнесла Эмма. - Я лучше, чем ты. Потому что я не убийца, Малкольм.

К удивлению Эммы, Малкольм отшатнулся - по-настоящему удивлённо отшатнулся, как будто он не представлял, что его назовут убийцей. Эмма нанесла удар от плеча, вытянув Кортану вперёд. Меч вошёл в грудь Малкольма, разрывая его блейзер, и остановился, как будто воткнулся в камень.

Она неистово закричала от боли, напоминающей разряд электричества, что пронзила её руку. Она слышала смех Малкольма и чувствовала врезавшиеся в неё волны магии, исходящие из его вытянутых пальцев. Её подняли в воздух и с силой швырнули в сторону, магия разрывала её на части, словно пуля, проделавшая дыру в бумажной ширме. Она упала, ударившись спиной о каменный пол, Кортана всё ещё была в её ослабевшей руке.

Красный туман застилал ей глаза. Через эту пелену она увидела Малкольма, стоящего над ней. - О, это было восхитительно, - ухмыльнулся он. - И просто чудесно. Это была десница Господня, Эмма! - он рванул свой спортивный пиджак, и Эмма увидела, на что наткнулась Кортана - это была Чёрная книга, спрятанная во внутренний карман его блейзера.