Читаем Леди полночь полностью

- Ты рассчитывал, что тебя оставят без присмотра, не так ли, Марк? - Сказал Киран. Его глаза метали молнии. - Я был за окном и слышал, как ты говорил с ней. Ты сказал ей, что Гвин может лишиться полномочий. Тайна, известная только охоте, и запрещенная к распространению.

Марк повернулся, его лицо стало бледным.

- Я не…

- Нет смысла врать, - сказал Иарлат. - Киран - принц фейри, и он не может лгать. Если он говорит, что подслушал, значит, так оно и было.

Марк перевел взгляд на Кирана. Солнечный свет больше не казался прекрасным Эмме, он беспощадно падал на золотые волосы и кожу Марка. Если бы он мог сравнить эти слова с физической болью, то он бы сравнил их с пощечиной.

- Это ничего не значит для Кристины. Она никогда никому не расскажет. Она никогда не причинила бы вреда мне или охоте.

Киран отвернулся, его красивые губы скривились в уголках.

- Хватит.

Марк сделал шаг вперед.

- Киран, - сказал он. - Как ты можешь это делать? Со мной?

Лицо Кирана стало мрачным от боли.

- Это - не предательство, - сказал он. - Поговори со своей принцессой Сумеречных охотников о нарушенных обещаниях.

- Гвин. - Марк повернулся, чтобы обратиться к предводителю Охоты. - То, что происходит между мной и Кираном не имеет значения для законов двора или охоты. С каких это пор они вмешиваются в дела сердечные?

В дела сердечные. Эмма могла видеть это на лицах Марка и Кирана, как они смотрели друг на друга и когда избегали взглядов. Она спрашивала себя, как не заметила раньше, в Святилище, что они любят друг друга. Два человека, которые делали друг другу больно, как могут делать только из-за любви.

Киран посмотрел на Марка так, словно Марк отнял у него что-то незаменимое и драгоценное. А Марк выглядел – Марк выглядел подавлено. Эмма вспомнила их с Джулианом на пляже, утром, и одинокий крик чайки, кружащей над головой.

- Ребенок, - сказал Гвин, и, к удивлению Эммы, в его голосе была нежность. - Я сожалею о необходимости этого визита больше, чем могу выразить. И поверьте, охота не вмешивается, как вы говорите, в дела сердечные. Но ты нарушил один из старейших законов охоты, и подверг всех ее членов опасности.

- Верно. - Сказал Киран. - Марк нарушил закон фейри, поэтому он должен вернуться с нами в земли фейри, а не оставаться в человеческом мире.

- Нет, - сказал Иарлат. - Это не наказание.

- Что? - Киран озадаченно повернулся к нему. Его волосы вспыхнули по краям светло-голубым цветом, словно иней. - Но ты сказал...

- Я ничего не говорил про наказание, принцесска, - сказал Иарлат, шагая вперед. - Ты мне рассказал о действиях Марка Блэкторна, и я сказал, что они будут рассмотрены должным образом. Если ты считал, что это означало притащить его обратно в земли фейри, чтобы он был твоим спутником, то, возможно, тебе стоит помнить, что безопасность Дивного народа является в большей степени первостепенной, чем причуды сына Короля Неблагого двора. - Он пристально поглядел на Марка, глаза его жутко горели в ярком солнечном свете. - Король разрешил мне уйти, чтобы выбрать тебе наказание, - сказал он. - Это будут двадцать ударов кнута по спине, и считай, тебе повезло, что не больше.

- Нет! - Слово было подобно взрыву. К удивлению Эммы, это был Джулиан - Джулиан, который никогда не повышал голоса. Джулиан, который никогда не кричал. Он начал спускаться по ступенькам, Эмма последовала за ним, с Кортаной наизготовку в руке.

Киран и Марк молчали, глядя друг на друга. Кровь отлила от лица Кирана, он выглядел больным. Он не пошевелился, когда Джулиан шагнул вперед, загораживая Марка собой.

- Если кто-нибудь посмеет прикоснуться к моему брату, - сказал Джулиан, - То ему не поздоровится.

Гвин покачал головой.

- Не думай, что я не восхищаюсь твоим духом, Блэкторн, - сказал он. - Но я бы дважды подумал, прежде чем переходить дорогу конвою фейри.

- Отойди, иначе нашему соглашению придет конец. - Сказал Иарлат. - Расследование завершится, и мы заберем Марка с нами в Царство фейри. И его выпорят там, а это хуже, чем любое наказание здесь. Вы ничего не выиграете и много потеряете.

Руки Джулиана сжались в кулаки.

- Ты думаешь, что понимаешь, что такое честь? Ты, кто не может понять, что мы потеряем, стоя здесь и позволяя вам унижать и пытать Марка? Именно поэтому фейри презирают, это - бессмысленная жестокость.

- Осторожно, мальчик, - прогрохотал Гвин. - У вас свои законы, а у нас свои. Отличие состоит лишь в том, что мы не притворяемся, что наши законы не жестоки.

- Закон суров. - Сказал Иарлат весело. - Но это Закон.

Марк заговорил впервые, с тех, пор как Иарлат объявил свой приговор.

- Плохой закон - не Закон вовсе, - сказал он. Он выглядел ошеломленным. Эмма думала о мальчике, который рухнул в Святилище, который кричал, когда его касались, и говорил о побоях - они еще явно пугали его. Она чувствовала, как будто ее сердце вырвали – они собрались выпороть Марка? Марка, чье тело может исцелиться, но душа никогда не оправится?