Читаем Леди-плутовка полностью

Потайная комната. Голодный мальчишка, укравший пирог со свининой. Батлер, разлученный с женой и преследуемый теми, кто должен был прославлять его талант. Джейни, воровавшая и продававшая себя, пока не растратила красоту и здоровье.

Эндрю Морроу, погибший от пулевого ранения в голову.

Анджелес отставил чашку.

– Прекрасный фарфор. Я когда-то продал похожий сервиз у «Ковент-Гардена» за совершенно смешную цену. Но тогда я был совсем молод. – Он оценивающе прищурился: – Вы зря думаете о подобных вещах, миледи. Не позволяйте вашей радости померкнуть. Мир по-прежнему приятное место, просто не такое, как вы воображали. Но жена столь известного арт-дилера должна все знать о такой красоте.

Изабел подавила презрительное «ха!».

– Сэр, для некоторых людей вполне возможно слишком сильно любить искусство. Но это может вбить клин между мужем и женой или…

– Человеком и законом?

Анджелес выбрал миндальное печенье.

– Скажите, леди Изабел, вы знаете, почему застрелился ваш муж?

– Он… Это был несчастный случай.

Откусив от печенья, он ткнул в нее остатком:

– А я слышал совершенно иное.

– Почему вы могли что-то слышать спустя столь долгое время? – пролепетала сбитая с толку Изабел.

– Нашего общего знакомого очень интересуют ваши дела.

Герцог. Черт бы побрал герцога! Следовало ожидать, что он так или иначе отомстит ей. Видимо, злится на нее из-за картины. Теперь они все вынуждены притворяться, что в его кабинете всегда висел оригинал и картину никто не подменял.

– Но почему? – вырвалось у нее. – По-моему, мы с вами вполне согласны в том, что я порядочная вдова.

– И вас никогда ни в чем не подозревали? Никто не расследовал ваше поведение по отношению к мужу? Не спрашивал о том, где вы были во время его смерти?

Он говорил спокойно и с каждым новым вопросом отламывал кусочек печенья.

– Нет! – ахнула Изабел. – Меня не было рядом, когда он застрелился… или был застрелен? Официальный вердикт – несчастный случай. Я услышала выстрел, находясь на первом этаже.

Анджелес мягко улыбнулся, и она поняла:

– Вы уже знаете об этом.

– Конечно. Но ведь всегда можно узнать больше.

– Всегда?

Да, это так. И Каллум тоже так считал.

– Всегда. Но вы ничего не едите! Расстроены?

– Да, и очень, – кивнула она. – Мы говорим о смерти. Как тут не расстроиться? И спасибо, я съем три лимонных печенья.

Она стала грызть печенье, почти не ощущая вкуса, но проглотив все три, немного успокоилась, допила чай и поставила чашку, почти бесшумно, как диктовал этикет.

– Вы знаете больше меня о гибели моего мужа? Герцог… герцог что-то открыл вам помимо неуместных намеков?

– У меня есть свои подозрения, однако я не сыщик с Боу-стрит.

– Офицер полиции, – поправила она не задумываясь.

– Как скажете. Я провожу собственные расследования. Ваш покойный муж занимает меня только потому, что картина до сих пор не у меня. Это, как я полагаю, и есть предмет того незаконченного дела между герцогом Ардмором и вами.

– Я почти уверена, что это не так.

Он вскинул брови:

– Я весь внимание.

Изабел поколебалась. Рассказать ему правду? Но может ли она довериться этому человеку? Нет. Ни за что. Но она не способна придумать достаточно правдоподобную ложь, которой он поверит. И у нее нет желания продолжать смешивать тайны с фальшью и враньем, унаследованными от Эндрю.

Она предпочла уклониться от прямого ответа и ни словом не упомянула о Батлере и Каллуме. Объяснила, что муж нанял художника, чтобы скопировать некоторые работы. Узнав, что у герцога Ардмора есть такая копия, которую тот считает оригиналом, она взяла на себя труд заменить ее подлинником, которого он достоин.

– Я сделала это, чтобы защитить свою подопечную, – пояснила Изабел. – Не хочу, чтобы она оказалась замешанной в скандал, да еще во время своего первого сезона, особенно потому, что она совершенно ни в чем не виновата.

Анджелес молча слушал, склонив голову набок.

Когда Изабел замолчала, он спросил:

– Герцог знает, что вы позаботились заменить картину?

– Знает.

Возможно, она преувеличила уверенность герцога.

– То есть он знает, что копия заменена оригиналом, а теперь не хочет мне ее отдать, хотя ранее был готов. Пытается сделать вид, будто заплатил долги, хотя это совсем не так.

Его лицо исказилось яростью, тут же сменившейся холодным спокойствием.

– Не волнуйтесь насчет герцога и вашей подопечной. Если он не отдаст картину, я пошлю кого-нибудь за ней или потребую вернуть долги. Так или иначе, я молчать не стану.

Она пила чай с Анджелесом.

Изабел почти не верила себе, когда повторяла эти слова.

Впрочем, обстановка была самой сердечной. Неужели она пила чай с главой всех лондонских преступников? Его кипящий гнев, похоже, был направлен не на нее, а уходя, он склонился над ее рукой с учтивостью придворного.

Все еще немного ошеломленная, она велела подать ландо, решив отправиться за покупками. Поскольку уже через две недели она вступала во владение домом на Бедфорд-сквер, следовало позаботиться о картинах и гравюрах. После того, что натворил Эндрю, она и подумать не могла о том, чтобы повесить в доме выбранные им шедевры.