Читаем Лавина полностью

– Внимание! – Буркова выждала, пока все затихли. – Через час станет совсем темно. Нам с вами придется нелегко. Поэтому, кто чувствует себя плохо или устал, я разрешаю вернуться в поселок. Сделать это можно только сейчас, до наступления темноты. С началом спасательных работ никакие разговоры об усталости, отдыхе я и слушать не стану. Мы не уйдем с горы, пока не разыщем людей, хотя бы нам пришлось искать их сутки, двое, трое.

Ей никто не ответил. Один лишь нетерпеливый Вася недовольно буркнул:

– Хватит агитировать! Время-то идет! Да и холодно стоять.

– Пошли.

У еле выступающей из снега вершины скалы Буркова построила группу. Уверенность в удаче обострила внимание спасателей. Каждое их движение стало собранным, точным. Быстро прощупали грань обрыва, отметили ее лыжными палками. А вот глубину сугроба у скалы установить так и не удалось. Щупы уходили в него почти до конца. Над снегом оставался лишь небольшой кусок скользящей в рукавицах дюралевой трубки. До грунта она не доставала.

Темнело. Последние лучи солнца вызолотили заснеженный пик на противоположной стороне ложбины и плотные облака. От неровностей на склоне ползли голубоватые тени. Они росли, вытягивались, становились четче. Из-за горы выкатилась луна, желтая, грузная. В глубине потемневшей лощины трепетали крохотные желтые огоньки.

Остановил работающих спасателей осипший от радости голос Васи.

– Есть!.. Сюда!..

Все покинули свои места, бросились к Васе. Не верилось, что удача пришла так скоро и просто. Но вот и второй щуп уперся во что-то мягкое.

– Сима! – распорядилась Клава. – За лопатами. Веревку возьми.

Сима не донесла лопат до Бурковой. По пути ребята нетерпеливо расхватали лопаты. Широкими сильными взмахами они разгребали снег вокруг щупов.

Сперва яма росла быстро. Потом рыхлые стенки стали осыпаться: копать сухой снег все равно что черпать воду лопатой. Яма расширялась, но почти не углублялась.

– Стойте! – Вася снял вязаную шапочку, вытер влажное от пота лицо, лоб. – Так мы и к утру не доберемся. Давайте я нырну вниз.

– Нырнешь?

– Именно, – кивнул Вася. – Опущусь в снег и вытащу их наверх.

Васю обвязали веревкой. Он отстегнул крепления лыж, сошел в рыхлый снег и сразу погрузился в него выше колен. Резко работая ногами и туловищем, Вася зарывался все глубже и скоро ушел в сугроб по грудь.

– Есть! – восторженно закричал он. – Живой! За ногу ухватил.

– Тащи, тащи! – нетерпеливо кричали сверху. – Давай его на-гора!

Вася попробовал достать засыпанного рукой.

– Не ухватить, – с огорчением произнес он. – Глубоко. Придется с головой нырять.

– Погоди. – Буркова сняла с себя шерстяной шарф, завязала лицо Васи. – Ныряй.

Вася рывком присел, несколько энергичных движений руками и корпусом – и он скрылся в сугробе с головой. На месте, где только что виднелось его раскрасневшееся лицо, слегка шевелился снег. Клава крепче намотала на руку конец веревки, к которой был привязан Вася. Стараясь не выдавать растущего волнения, она говорила отрывистыми, короткими фразами.

Люся успела сбегать к лодочке за аптечкой и спиртом, а веревка висела по-прежнему вяло.

– Что он там?.. – не выдержал кто-то за спиной Клавы. – Загорает?

Клава не ответила. Глаза девушки не отрывались от ямы.

Глядя на старшую, притихли и остальные.

Один лишь ветер не унимался, осыпал зябко съежившихся спасателей мелким снежком.

Дно ямы приподнялось. Появился облепленный снегом Вася.

– Тяните! – прохрипел он.

– Давайте, ребята! – подхватила Буркова. – Легче, легче. Без рывков.

Пока Вася выкарабкивался из ямы и вставал на лыжи, из сугроба вытащили Саню вместе с рюкзаком. Ему помогли выбраться наверх, отряхнули от снега. Он ошалело хлопал заснеженными ресницами и не мог ответить на самые простые вопросы: где Крестовников и Шихов, в какой стороне их искать?

– Ребя-ата!.. Ре-е-бя-ата! – бормотал Саня, стаскивая трясущимися руками рюкзак. – Ни-ич-чего я не-е зна-аю. Ни-и-чего не ви-идел. Чу-уть не за-адохся.

– Чего это он? – прошептал Вася. – Заикается!

– Тебя бы сунуть головой в сугроб на полдня, – рассердилась Сима, – еще не так заикался бы!

– Помогите ему добраться до спального мешка. Пусть отогреется.

По тону Бурковой все поняли, что рано обрадовались. Поиски далеко еще не закончены. А вид Сани, его неожиданное косноязычие усилили притихшие было опасения за участь Крестовникова и Шихова.

Большая луна поднялась над хребтом, высеребрила снежные наплывы на вершине.

Теперь работали молча. И работать в темноте становилось все труднее. Короткая передышка, и снова спасатели, осторожно вгоняя в снег щупы, медленно продвигались вдоль скрытой под сугробом каменной стены. Но она круто оборвалась. Все остановились в недоумении.

– Может, проскочили их как-то? – неуверенно спросил Вася.

– Люся! – позвала Буркова. – Включи приемник.

– Мы пропустили сеанс, пока поднимали Саню.

– Сколько же осталось до следующего сеанса?

– Минут десять.

– Включай.

В густеющем сумраке не видно было ни приемника, ни рук Люси. И оттого, что все придвинулись к ней, сомкнулись плотным кольцом в маленьком кругу, стало еще темнее.