Читаем Лавина полностью

– Не стоит верить грязным слухам, – отзывается И. В. Взяв со стола стакан, Энг отпивает содержимое, которое выглядит как вода с мятным сиропом. На стенках стакана собирается испарина, затем распадается на капли, которые, стекая, падают с донышка. Прорисовка настолько совершенная, что И.В. видны крохотные отражения окон кабинета в каждой капле сконденсировавшейся влаги. Это уже нарочито. Ну и компьютерный псих.

Энг смотрит на нее совершенно бесстрастно, но И.В. представляется, будто это лицо – маска ненависти и отвращения. Потратить столько денег на самый крутой дом в Метавселенной, чтобы в него потом заявился панк в зернистом черно-белом изображении. Наверное, настоящий удар под метафорический дых.

Где-то в доме мурлыкает радио: смесь салонной вьетнамской музыки с роком янки в инвалидной коляске.

– Ты гражданка «Новой Сицилии»? – спрашивает Энг.

– Нет. Я просто тусуюсь иногда с Дядюшкой Энцо и другими ребятами из мафии.

– А-а. Очень необычно.

Энг не из тех, кто спешит. Он вобрал в себя томный покой дельты Меконга и вполне готов сидеть, смотреть на свои телеэкраны и время от времени бросать фразу-другую, раз в пять минут.

И еще одно: у него, по-видимому, синдром Туретта или еще какая беда с мозгами, потому что он все время издает ртом странные шумы. В этих шумах есть что-то звенящее, какое всегда слышишь в речи вьетнамцев, когда те в задних комнатах магазинов или на кухнях ресторанов поглощены семейной ссорой на родном языке, но И.В. решает, что это не настоящие слова, а просто аудиоэффекты.

– Ты много работаешь на этих ребят? – спрашивает И.В.

– Разовые контракты, связанные с безопасностью. В отличие от большинства крупных корпораций, мафия придерживается жесткой традиции самой заботиться о своей безопасности. Но когда требуется что-нибудь особенное, высокотехничное…

Он замирает на середине фразы и издает носом невероятное жужжание.

– Так это твоя работа? Обеспечение безопасности?

Энг бегло осматривает все мониторы. Потом щелкает пальцами, и гейша семенит прочь из комнаты. Сложив перед собой руки на столе, Энг подается вперед.

– Да, – отвечает он, не спуская глаз с И.В.

И.В. в ответ смотрит ему прямо в глаза, ожидая продолжения. Несколько секунд спустя его взгляд вновь скользит к мониторам.

– Большую часть моей работы я делаю по контракту для мистера Ли, – выпаливает он.

И.В. ждет продолжения этой фразы, ведь правильно говорить не «мистер Ли», а «Великий Гонконг мистера Ли».

А, ладно. Если она может обронить имя Дядюшки Энцо, он может подбросить «мистера Ли».

– Социальная структура любого национального государства в конечном счете определяется тем, какие меры оно принимает по обеспечению собственной безопасности, – говорит Энг. – И мистер Ли это понимает.

Ну надо же, какие мы теперь глубокомысленные. Энг вдруг заговорил как белые старики в телеговорильнях, куда зовут только больших умников и которые мама И.В. смотрит как одержимая.

– Вместо того чтобы нанимать значительный контингент охранников-людей, что оказывает воздействие на социальный климат – как ты понимаешь, речь идет о большом числе низкооплачиваемых наемников, расхаживающих с автоматами, – мистер Ли предпочитает задействовать нечеловеческие системы.

Нечеловеческие системы. И.В. собирается было спросить, что он знает о Крысопсах, но одергивает себя: он все равно не скажет. Из-за этого отношения их будут испорчены еще до начала задания. И.В. ведь пытается выспросить у Энга инфу, которую тот никогда ей не выдаст, а от этого вся нынешняя сцена станет еще более странной, чего И.В. не может даже себе представить.

Энг издает долгую череду звенящих шумов вперемежку со щелчками и губными взрывами.

– Сука чертова, – бормочет он.

– Прошу прощения?

– Я не тебе, – бросает он, – меня подрезала малолитражка. Никто не понимает, что я могу передавить их, как бронетранспортер толстопузых свиней.

– Малолитражка… Ты что, за рулем?

– Да. Я ведь за тобой еду или забыла?

– Можно посмотрю?

– Да, – вздыхает он, словно на самом деле он сильно против.

Встав, И.В. обходит стол, чтобы посмотреть.

На каждом маленьком мониторе – иной вид из фургона: через лобовое стекло, из правого окна, через заднее стекло. Еще на одном – электронная карта с указанием местоположения фургона: едет в сторону Сан-Бернардино, уже совсем близко.

– Фургон слушает голосовые команды, – объясняет Энг. – Я снял интерфейс руль-педали, поскольку голосовые команды мне кажутся более удобными. Вот почему я иногда издаю непривычные звуки – так я контролирую системы транспорта.

И.В. отключается от Метавселенной, чтобы проветрить голову и пойти отлить. Снимая гоглы, она обнаруживает, что вокруг нее собралась немалая аудитория из механиков и дальнобойщиков, которые, выстроившись полукругом перед кабинкой, слушают ее одностороннюю болтовню с Энгом. Когда она встает, их внимание, разумеется, переключается на ее зад.

Облегчившись в туалете, И.В. доедает пирог и выходит на ультрафиолетовый слепящий свет заходящего солнца дожидаться Энга.