Переходы меж кораблями запутанные и непредсказуемые. Для того чтобы попасть из пункта А в пункт Б, приходится плутать по всему Плоту. Но Ворон дорогу знает. Время от времени он берет ее за руку, но не тащит ее за собой, хотя она и двигается намного медленнее, чем он. А еще он оглядывается на нее с ухмылкой: мол, я мог бы тебя покалечить, но такого не сделаю.

Они подходят к тому месту, где русский район соединен с остальным Плотом широким дощатым мостом-перемычкой. Мост охраняют мужики с «узи». Не обращая на них внимания, Ворон берет И.В. за руку и идет прямо по мосткам. И.В. едва успевает задуматься, в чем тут скрытый смысл, как вдруг въезжает. Оглядываясь по сторонам, она видит, как все эти исхудалые азиаты пожирают ее глазами, словно обед из пяти блюд, и думает: «Я на Плоту. Взаправду на Плоту».

– Это гонконгские вьетнамцы, – объясняет Ворон. – Выехали из Вьетнама, когда там началась война, в Гонконг прибыли уже как речной народ. Так что на сампанах они живут уже несколько поколений. Не бойся, для тебя они неопасны.

– Пожалуй, мне самой дорогу назад не найти, – говорит И.В.

– Расслабься, – усмехается он. – Подруг я еще никогда не терял.

– А у тебя вообще-то были подруги?

Ворон хохочет, запрокинув голову.

– В старые времена хоть отбавляй. В последние пару лет не так много.

– Вот как? В старые времена? Это тогда у тебя появилась татуировка?

– Ага. Я алкоголик. Вечно ввязывался в драки. Последние восемь лет я трезв как стекло.

– Тогда почему все тебя боятся?

Ворон поворачивается к ней и с широкой улыбкой пожимает плечами.

– Да просто потому, что я невероятно безжалостный, квалифицированный и хладнокровный убийца.

И.В. смеется. И Ворон тоже.

– И что у тебя за работа? – спрашивает И.В.

– Я гарпунщик, – отвечает он.

– Как в «Моби Дике»?

Эта мысль И.В. нравится. Она читала этот роман в школе. Большинство ребят в классе, даже самые крутые, считали, что книга совершенно замшелая. Но ей нравится читать об охоте с гарпуном.

– Не-а. По сравнению со мной эти горе-охотники – просто дети.

– И какие штуки ты гарпунишь?

– Да все, что хочешь.

С этого момента она смотрит только на него. Или на неодушевленные предметы. Потому что иначе она не увидит ничего, кроме тысяч уставившихся на нее темных глаз. Большая перемена с тех пор, как она была черпальщицей помоев для мужиков с подавленным либидо.

Отчасти на нее пялятся потому, что она слишком уж отличается от остальных. Но с другой стороны, на Плоту нет частной жизни, пробираешься по нему, перепрыгивая с корабля на корабль. А ведь каждый корабль служит домом трем десяткам людей, поэтому ходить по ним – все равно что ходить через чужие гостиные. И ванные. И спальни. Разумеется, на тебя пялятся.

Их шаги гулко отдаются по импровизированной платформе, настеленной на нефтяные бочки. Парочка вьетнамцев пререкается из-за чего-то, очень похожего на брикет мороженой рыбы. Тот, что стоит к ним лицом, видит, как они подходят. Его взгляд без остановки скользит по И.В. и упирается в Ворона. Глаза вьетнамца расширяются. Мужик, который стоит к ним спиной, поворачивается и со сдавленным уханьем буквально подпрыгивает в воздух. Оба они убираются с дороги Ворона.

И тут до нее доходит кое-что важное: люди смотрят не на нее. Они даже не задерживаются на ней взглядом. Все смотрят на Ворона. И это не фанаты, провожающие взглядами знаменитость. Все эти обитатели Плота, эти крепкие и страшные старожилы моря, до дрожи боятся этого парня.

И у нее с ним свидание.

Только что началось.

Внезапно, когда она идет через очередную вьетнамскую гостиную, И.В. на мгновение вспоминает самый мучительный разговор, какой был у нее с мамой. Это было год назад; мама пыталась советовать ей, что делать, если мальчик станет к ней приставать. Да, мам, конечно. Я запомню. Ага, обязательно запомню. И.В. и тогда знала, что мамины советы совершенно бесполезны, а происходящее только подтверждает, насколько она была права.

48

На спасательном плоту четверо.

Хиро Протагонист, стрингер Центральной Разведывательной Корпорации, деятельность которого до недавнего времени ограничивалась так называемыми «сухими» операциями. Иными словами, он работал в Метавселенной: сидя дома, собирал информацию, а потом сгружал в базу данных ЦРК, ничего не предпринимая в Реальности. Сейчас все определенно стало «мокрым». Хиро вооружен двумя мечами, автоматическим пистолетом, в просторечии известным как девятый калибр, с двумя обоймами к нему по одиннадцать патронов каждая.