Читаем Лава Льда полностью

А потом выяснилось, что и сесть негде. Попытались присесть за столиком на улице, а оказалось это зарезервированный столик соседнего ресторанчика и нас сразу вежливо попросили уйти. Впечатления были не самые положительные, хотя мороженое и не плохое, но мы решили, что до самого вкусного в мире, оно малость не дотягивает. В Катании нам доводилось пробовать мороженое и получше.

Наслаждение от этой «желатереи» – «лже лотереи» было противоречивым. И мы отправились пробовать самое лучшее в мире Тирамису, в надежде, что хоть оно компенсирует неудачу с мороженым.

Царство Тирамису «Pompi» находилось на улице Пересечения³⁷, которая тянулась от площади Испании³⁸. Известная своей архитектурой площадь, на которой нам давно хотелось побывать. Фонтан на площади уже отреставрировали и открыли для восторженной публики, а вот сама Испанская лестница ведущая к Церкви Санта-Тринита-деи-Монти была еще закрыта для прохода. Так что нам удалось, насладиться только фонтаном, выполненным в фирменном римском стиле: белый камень и голубая вода.

Как будет называться заведение, где готовят и продают тирамису? Тирамисучная или тирамисушечная? В общем в ней мы узнали, что настоящее тирамису может сохранять свежесть всего 1 час. И кушать его лучше сразу. Мы так и сделали. Купили себе по-одному классическому тирамису и тут же уселись на клубму возле входа – уплетать это прохладненькое лакомство. Ощущения были неземные, воздушные – тончайшая игра вкусов. Если бы вкус был клавесином, то за инструментом в этот раз сидел сам Моцарт, не меньше.

А затем мы сфотографировались рядом с самым легендарным кафе в Риме Antico Caffè Greco (Древнегреческое кафе) на улице Кондотти³⁹ (можно перевести, как улица Ведущая), которая тоже начиналась от площади Испании.

Это было самое старое кафе в Риме и второе по возрасту кафе в Италии, ему уже 250 лет. Это знаменитое кафе в разные времена посещали Ганс Христиан Андерсон, Казанова, Байрон, Гете, Гоголь, Мендельсон, Ницше, Тургенев, Марк Твен и многие другие. Мы бы зашли, но у нас было мало времени и кофе мы уже перепили, наелись мороженого и тирамису, так что при всем уважении к Гоголю засовывать в себя еще что-то просто не было сил.

Дальше мы отправились пешком гулять по Риму по направлению к реке Тибр. Пройдя мимо 1000 бутиков, 1000 кафешек и прорвавшись сквозь 30 тысячную армию туристов, а именно столько туристов посещает Рим в день, мы наконец достигли цели.

Главная река Рима Тибр шириной и двухэтажной набережной была похожа на парижскую Сену. Только Тибр зеленоватый, как гороховый суп, причем местами заросший, а Сена более опрятная и напоминала кофе с молоком. С высокой набережной к воде вели каменные лестницы, а внизу была широкая набережная размером с проезжую часть. Несмотря на выдающуюся красоту это место было свободно от толп туристов, тут можно романтично гулять вдоль реки, заниматься спортивным бегом или спокойно рисовать пейзажи. Если бы я жил в Риме, то частенько гулял бы вдоль воды, мне эти места очень понравились.

Далее мы побывали на древнем мосту Святого Ангела⁴⁰, где на возвышающихся над прохожими ангелах, любят сидеть птицы. Потом пройдя мимо Мавзолея Адриана⁴¹, похожего на крепость, мы попали на улицу Примирения⁴², которая вела к Ватикану.

Площадь Святого Петра⁴³, вопреки ожиданиям оказалась маленькой, не такой, как представлялась по фотографиям и фильмам. Она меньше Дворцовой площади Петербурга.

Площадь была огорожена заборчиком, а на ее территории располагались ряды пустых стульчиков. Было много охраны. Справа и слева сгустились люди. Кажется это была огромная потерявшая форму очередь. Мы не знали точно куда стоят все эти люди, но следуя мудрой советской традиции, которая гласит, что если все зачем-то стоят, значит что-то дают, мы решили встать со всеми и волна нас постепенно увлекла вглубь к точке досмотра. Оказывается, чтобы попасть в Базилику Святого Петра нужно было пройти досмотр, как в аэропорту с просветкой всех личных вещей. Это Ватикан – у них здесь свои порядки.

Пройдя досмотр, мы прошли вдоль колонн и оказались у входа в храм. Было людно. Из храма доносилась необычная музыка – монотонно завывал космический орган. Мы вошли в ворота. И я сразу понял основной мотив этого сооружения. Каждым своим изгибом и каждой колонной оно производило впечатление небывалого величия, запредельной роскоши и грандиозности. Никогда в своей жизни я не видел такой архитектуры, таких размеров и такой мощи. Такой энергии и силы. Тонны мрамора, километры мозаики и горы золота. Это все обрушивалось сразу, мгновенно сшибая гордость и самодовольство. Перед этим громадным сооружением и идеями, которые оно несло, я ощутил себя микробом. И если на меня, человека чуждого религиозным представлениям, летающего на самолетах и испорченного компьютерными играми, эта Базилика произвела такое сильное впечатление, то что же ощущали люди древности входя сюда.