Читаем Ласковый обманщик полностью

— Если он со мной переспит, он больше никогда не захочет со мной встречаться, — тяжело вздохнув, призналась Саманта.

Блэр была квалифицированным врачом, однако в данной ситуации ее большой женский опыт оказался полезнее. Она поняла, что с Самантой что-то творится. Глядя со стороны, невозможно было поверить, что Саманта и Майк не проводят в постели двадцать четыре часа в сутки, так как Блэр еще не видела пары, которая была бы столь очарована друг другом. Нормальному человеку, глядя на них, казалось, что он тонет в сиропе. Они шумно смеялись над малейшей шуткой друг друга, нервничали, когда кто-то из них покидал комнату, находя любой предлог, чтобы последовать за ним. Они смотрели друг на друга такими нежными и преданными глазами, что взгляд кокер-спаниеля показался бы просто враждебным.

Насколько Блэр могла судить, за все время пребывания Саманты в доме Майка они ни на шаг не отходили друг от друга, за исключением того дня, когда Сэм встречалась с Рейни, а Майк следовал за ними по пятам и получил камнем по голове от какого-то незнакомца, — история, в которую Блэр ни на минуту не поверила.

Прошлым вечером Рейни навестил Блэр и рассказал ей о том, как они ездили к бабушке Саманты. Рейни насмехался над Майком, говоря, что у кузена постоянно такой вид, словно он не задумываясь бросится в огонь и в воду, если только Саманта его об этом попросит или если это произведет на нее впечатление.

— Молю Бога, чтобы никогда не втюриться так, как Майк, — заявил Рейни. — Кажется, он пристрелил бы меня на месте, если бы я дотронулся до кончика ее платья; а я бы, кстати, не отказался, учитывая, какие ножки под ним скрываются. Могу лишь позавидовать тому, как Майк проводит ночи.

А теперь Блэр узнала, что между Самантой и Майком ничего нет. Это произвело на нее приблизительно такое же впечатление, как если бы ей сказали, что Ромео и Джульетта никогда не любили друг друга.

— Куда сегодня отправился Майк? — спросила Блэр.

— Побольше разузнать о моей бабушке, — объяснила Саманта и вкратце рассказала о записке. — Он не хочет брать меня с собой — считает, что этот бар неподходящее для меня место. Ты знаешь, что он говорит обо мне? Что у меня старые мозги в юном теле. Он думает, что я… что я тип женщины-матери, скромная набожная девочка. Могу поспорить, что Ванессу он водил по барам…

— А что ты знаешь о Ванессе?

— А ты что знаешь о ней?

Блэр засмеялась.

— Ты знаешь, что Ванесса спала с другими мужиками во время их… гм… дружбы, и Майку было все равно?

Немного ошарашенная этой новостью, Саманта долго моргала.

— Мне довольно сложно в это поверить, потому что Майк один из самых ревнивых мужчин, кого я знаю. Он ревнует меня к Рейни, к этому городу, ко всему, чему угодно, ко всему, что мне нравится… кроме него. Порой кажется, что он ревнует меня даже к компьютерам.

— Ну, а Ванессу он не ревновал. Она была больше для показухи, всегда рядом, когда ему было нужно, и не надоедала, когда он хотел остаться один. Мне кажется, она была готова сделать все, что бы Майк ни пожелал, так как любила его деньги больше, чем его.

— А Майк богат?

— Да. — Блэр сделала вид, что разглядывает стакан с коктейлем, но на самом деле наблюдала за реакцией Саманты.

— Но Рейни сказал, что все Таггерты бедны.

— В сравнении с Монтгомери, так оно и есть. К своему совершеннолетию Майк получил по завещанию десять миллионов долларов. К сегодняшнему дню, учитывая его способности удачно вкладывать деньги, эта сумма, наверное, возросла раза в три.

Вздохнув, Саманта сказала, что начала об этом догадываться, и допила свой коктейль.

Блэр рассмешило, как это было сказано, — будто у Майка обнаружилось страшное, неизлечимое заболевание.

— Богатство Майка вовсе его не портит. Деньги позволяют ему быть свободным.

— Свободным выбирать любую женщину, которую он захочет, — расстроенно проговорила Саманта, и Блэр чуть было вновь не рассмеялась. — Я думаю, что Майк…

— Мне кажется, тебе нет необходимости кому-нибудь рассказывать, что ты думаешь о Майке. Это написано у тебя на лице.

— Лучше бы это было написано на моем теле, — буркнула Саманта и бросила быстрый взгляд на Блэр. — Знаешь, чего бы я хотела?

— Чего же?

— Выглядеть как шлюха…

— Что?! — Блэр поперхнулась коктейлем.

— Кажется, у меня есть задатки актрисы. Я надела платье бабушки, которое она носила в двадцатых годах, и, понимаешь, ну, как бы превратилась в нее. Я спела Майку старый блюз, и мне кажется, он был немного шокирован, а если честно, то и я тоже. В общем, мне бы хотелось надеть открытое платье, туфли на высоких каблуках, поехать в этот бар и подцепить там Майка. Я никогда не смогу это сделать, будучи сама собой, но, если бы я играла кого-то другого и оделась бы соответственно, у меня бы, возможно, и хватило смелости. Не знаю, что бы я с ним сделала потом, но…

— Я больше чем уверена, что мой гиперсексуальный кузен уж придумал бы, что с ним тогда делать. Ты знаешь, у меня есть парочка тряпок, которые как раз могли бы подойти к этому случаю. Как насчет ярко-красного мини?

— Много выше колен?

— Много… Я видала бинты, чья ширина превосходила длину этой юбки.