Читаем Ласковый обманщик полностью

Было нетрудно догадаться, что он очень сердит, но она не могла понять почему. Может, он рассердился на то, что она его разбудила? Некоторые люди очень серьезно относятся к своему сну, но до сих пор было как-то не похоже, что Майк принадлежит к этой категории. Она слезла с кровати и начала извиняться.

— Прости меня. Я не должна была тебя будить, но мне хотелось, чтобы ты посмотрел передачу. Я, наверное, пойду и включу запись на видеомагнитофон, а ты сможешь просмотреть пленку потом.

Он отвернулся от нее и буркнул:

— Сними эту рубашку.

— Я… я не думала, Майк… — тихонько прошептала она, но голос даже ей самой показался неискренним.

— Я пришла сказать тебе о телевизионной передаче, и совсем забыла, в чем одета. Я вовсе не собиралась… — Она внезапно смолкла, так как он повернулся и глядел на нее. То, что она увидела в его глазах, заставило ее отшатнуться. Там были желание и страсть, тоска и нетерпение. И еще какое-то невероятное отчаяние, будто она владела чем-то, в чем он страшно нуждался, и, если она не даст ему это, он просто погибнет.

Непроизвольно поднеся руку к шее, Саманта сделала шаг назад. Она давно уже не боялась Майка, но сейчас она испугалась. Он потянулся к ней через кровать, и она торопливо отступила еще на шаг.

— Майк, — начала было она, но он молчал, лишь глядел на нее с этим странным выражением и все приближался и приближался к ней, медленно и тихо, как хищник перед броском.

Саманта вскрикнула и выбежала из комнаты, захлопнув за собой сначала дверь в ванную, затем в спальню. Она прижалась к двери спиной, ее грудь вздымалась. Возможно, Макси и могла бы управиться с молодым, красивым мужчиной, атакующим ее, но Саманта к этому еще не была готова.

Прошло некоторое время, прежде чем она смогла успокоить дыхание. Затем содрала с себя новую ночную рубашку и надела джинсы и блузку с длинными рукавами и высоким воротником, который закрывал всю шею. Затем отправилась в библиотеку, чтобы посмотреть там телевизор.

Прошло почти двадцать минут, прежде чем появился Майк. Когда Саманта посмотрела на него, то чуть не потеряла дар речи — его губы и кожа были почти синими.

— Что с тобой? — спросила она. Подошла к нему и положила на лоб ладонь. Его кожа была холодной, как у рептилии.

Отстранив ее руку, он прошел в комнату и сел на диван.

— Ледяной душ, — буркнул он, явно смущаясь того, что произошло недавно. — Еще не повторяли сюжет?

— Нет, — сказала она, пытаясь не улыбаться. То, как он прореагировал, понравилось ей. Конечно, он не оригинален. Мужчины часто ведут себя подобным образом — де того, как переспят с женщиной. Тем более с такой, как она. Нет, лучше дать Майку пофантазировать на ее счет, чем позволить ему сделать то, что, как ему кажется, он хочет — переспать с ней. Если она позволит ему, то он, наверное, на другой же день попросит ее освободить квартиру или просто заснет во время процесса.

— Кажется, этот сюжет будут повторять через минуту, так что ты ничего не пропустил. — Она протянула ему половинку разогретой булочки, намазанной плавленым сыром.

Но Майк проигнорировал протянутую булочку. Вместо этого он взял Саманту за подбородок, притянул ее голову к себе и губы сомкнулись. Он целовал ее долго, сладко, но не агрессивно. Только теплые пальцы держали ее за подбородок. Этот долгий-долгий томный поцелуй почти заставил ее отключиться. Прижавшись к Майку, она положила руку ему на плечо, и ее губы раскрылись. Казалось, все тело ее стало расплываться, превращаясь во что-то теплое и мягкое. Она хотела слиться с ним, затеряться в нем.

Когда Майк оторвался от ее губ, она почувствовала такую слабость, что не могла даже сесть, и, если бы он не поддержал ее, свалилась бы на диван.

— Ну почему, Сэм? — прошептал Майк. — Почему ты мне отказываешь? Сколько мне еще ждать? Ты что, хочешь, чтобы я сначала предложил на тебе жениться? Если это так, то я согласен…

Она прикоснулась пальцем к его губам, заставляя замолчать. Ей не хотелось обсуждать это. Во всяком случае не сейчас, когда чувство, которое зародилось между ними, было еще столь хрупким. Может быть, когда-нибудь потом она сможет рассказать ему правду о себе.

Майк заметил наконец в руке Саманты булочку, которая сильно пострадала во время их жаркого поцелуя. Добрая половина плавленого сыра осталась на пальцах Саманты. Майк взял ее руку и очень медленно, нежно и сексуально облизал сыр с ее пальцев, заставив ее пережить ни с чем не сравнимое ощущение.

— Начинается твоя передача, — пробормотал он, все еще держа ее палец во рту.

— Что?..

— Передача. Джубели! Помнишь? — Он облизывал ее ладонь.

— Что?..

— Макси… Джубели… Смерть. Уничтожение. Бойня! Помнишь?

— Что?..

Оставив наконец в покое ее руку, уже совершенно чистую, Майк развернул Саманту к экрану телевизора. Но прошло немало времени, прежде чем она смогла сфокусировать внимание на сюжете о жизни и творчестве старенького музыканта. Показывали самого Джубели, который, несмотря на его сто один год, выглядел достаточно энергичным и проворным.