— Три семьдесят пять за то и за это. Плачу наличными. — Саманта замерла в ожидании. Это была вся сумма, которой она располагала. У нее в кармане не наберется ни на цент больше.

— Четыре сотни долларов, и дальнейший торг неуместен…

Саманта чуть не потеряла дар речи. Она выглядела жалко.

— Извините, но… три сотни и семьдесят пять долларов — это все, что у меня есть… — Она повернулась и тихо пошла к выходу.

— Ну, хорошо! — с раздражением крикнул ей вслед продавец. — Все это ваше, всего за триста семьдесят пять долларов… наличными, конечно…

Когда Саманта покинула магазин, она была в каком-то оцепенении, будто совершила нечто странное, самое странное в своей жизни. Так она прошла полквартала, пока не поняла, что накрапывает дождь. Посмотрев на часы, она увидела, что уже почти шесть вечера. Саманта ни на секунду не сомневалась, что Майк уже дома и тихо сходит с ума.

Она только что научилась мастерству торга; теперь ей предстояло познать, что такое такси: как только упала первая капля дождя, все нью-йоркские таксисты умчались под укрытия. Во всяком случае, иначе невозможно объяснить, почему в городе нет свободных такси во время дождя. Впрочем, может быть, вода просто смывает все машины с улиц, — тогда они не заслуживают названия такси города Нью-Йорка. Саманта стояла на углу, вытянув руку, но ни одна машина не установилась. Ну, в конце концов, не может же Нью-Йорк быть во всем идеален. Поправив ручки сумок, она наклонила голову и под дождем отправилась в долгий путь — обратно домой.

Глава 17

Как только она завернула за угол и очутилась на Шестьдесят четвертой улице, Саманта побежала. Дождь припустил сильнее, и она вся промокла. Однако не это было причиной ее спешки. Она спешила к Майку. Он, конечно же, злится на нее за то, что, уходя, она не сказала ему, куда пошла. Рвет и мечет, должно быть, но в любом случае он ждет ее и будет ей рад. Будет просто счастлив, что она жива и здорова. И с удовольствием выслушает ее рассказ о том, что она сегодня делала, что видела, что купила. Ему действительно важно и интересно все, что имеет отношение к ней. В этом Саманта была убеждена твердо, хотя и не могла бы сказать, откуда взялось это убеждение.

Майк открыл входную дверь еще до того, как Саманта поднялась по ступеням к подъезду. Он явно проглядел все глаза в ожидании ее. Несмотря на его свирепый вид, Саманта расцвела в улыбке.

— Где тебя черт носил?! — Голос Майка звучал угрожающе, но она чувствовала в нем облегчение. А еще уловила нотку неподдельного интереса. — Еще минута, и я бы позвонил в полицию. Ты что, не понимаешь, что этот город полон опасностей?

— Ну, Майк, — засмеялась Саманта, отряхивая рукой мокрые волосы. — Там, в городе, тысячи… нет, миллионы женщин, у которых нет таких больших, сильных ангелов-хранителей, что могли бы защитить их.

Хихикнув про себя, она отметила, что он слегка смягчился после того, как она назвала его большим и сильным.

— Ну, э… они-то знают, что делают, а вот ты…

Он остановился, так как Саманта громко чихнула, а затем схватил ее за руку и потащил в ванную комнату, которая находилась между двух спален.

— Быстро снимай мокрую одежду. Быстро!

— Майк, моя сухая одежда наверху. Мне нужно…

— После сегодняшней выходки, боюсь, что мне придется следить за каждым твоим шагом… Включая хождение наверх. Я сам тебе принесу сухое белье.

Он захлопнул дверь в ванную комнату.

Саманта поглядела на себя в зеркало. Даже на ее взгляд, она выглядела румяной и довольной. Впрочем, и ощущала себя соответственно. Не раздумывая, она разделась догола и растерлась пушистым полотенцем. Раздался стук в дверь; Майк приоткрыл ее лишь настолько, чтобы в щелку можно было протянуть халат. Взяв его в руки, Саманта поняла, что его ни разу не надевали. Это был совсем новый халат, шелковый, темно-голубой, с красной вышивкой — словом, одна из тех вещей, которые никогда не купят себе сами мужчины (в особенности такие, как Майк), но которые охотно и с удовольствием дарят им женщины, а затем сходят с ума, когда их подарок отказываются носить. Честно говоря, только персонаж в исполнении Дейвида Нивена мог бы носить подобный халат и чувствовать себя в нем вполне комфортно.

Нырнув в халат, Саманта прижала к телу нежную ткань. Ей было приятно ощущать его на себе — ведь все-таки он принадлежал Майку…

Наконец она вышла из ванной с тюрбаном из полотенца на голове и отправилась на кухню. Там ее встретил Майк и протянул стакан с коктейлем.

— Нет, спасибо, — отказалась она, но он все-таки заставил ее взять стакан.

— А теперь, — с металлом в голосе проговорил Майк, — мне бы хотелось знать, где ты была. Что тебя заставило вот так сбежать из дома, перепугав меня до смерти? Кроме всего прочего…

Она сделала большой глоток джина с тоником.

— Если ты не прекратишь свои расспросы, я не покажу, что тебе купила…

Такое заявление заставило Майка замолчать. Он уставился на нее круглыми от удивления глазами.

Саманта улыбнулась и вышла в прихожую, чтобы взять пакеты с покупками. Когда она вернулась, Майк сидел за столом.

— Закрой глаза и протяни руку.