Читаем Лагерный волк полностью

Да если бы и не пошли пузырьки, все равно Ромчик бы уже не поднялся из этого тазика. На ноги бы встал, а выше уровня канализации уже бы не поднялся. Зачморил его Паша, реально зачморил...

– Петушара! – брезгливо поморщился Базар. – Что ж ты, сучара, молчал! Приличных людей своим обществом опоганил!

– Я... Я не петух... – жалко проблеял Ромчик, поднимаясь с тазика.

– А я сказал, петух!.. Валерус! Макар!

По команде Базара его прихвостни схватили бедного лоха за шкирку и потащили в умывальник. Несложно было понять, зачем... Будь «хата» правильной, будь здесь нормальный смотрящий, такого бы беспредела не произошло. Но здесь парадом командовали беспредельщики... И сколько таких беспредельных жлобов разбросано по всей зоне.

Общий режим потому и славится своей беспредельщиной, что истинных воров здесь мало. Их в основном бросают на строгий или на особый режим. Зато бакланов отмороженных на общей зоне хоть отбавляй... Здесь человека опустить, что плюнуть...

Базар поднялся со своей шконки медленно, с важностью крутого босса. Косо глянул на Ролана. Сделал пару шагов, остановился. Как будто клемма какая-то в голове перемкнула. Шел бы себе дальше, так нет, снова посмотрел на Ролана. Хищно ухмыльнулся и бросил через плечо:

– Ты следующий!

Видимо, забыл, что нет с ним его опричников. Да и рамсы явно попутал...

Угроза расправой через опущение была прямым оскорблением. Ролан просто не имел права не ответить на него. К тому же в «кубрике» вроде спокойно – все делают вид, что спят. Дневальный куда-то подевался. И начальства не видать. Может, обойдется?..

Ролан стрелой взметнулся со своей шконки. Настиг обидчика, крепко обхватил туловище руками. Паша дернулся, но вырваться из захвата не смог. Еще раз дернулся, но на этот раз с подачи Ролана. Захват, бросок и удушающий прием...

Убивать беспредельщика Ролан не стал. Но в себя Паша пришел только к утру. И то с помощью своих отморозков... Ромчика так и не опустили. Хотя и причислили «навечно» к презренному племени обиженных...

3

Ролан был уверен, что инцидент с Базаром остался незамеченным. И каково же было его удивление, когда на следующий день за ним пришел дежурный помощник начальника колонии. И отвел его прямиком в кабинет начальника оперативной части.

«Кум» молча пролистнул его дело, отложил его в сторону и пристально посмотрел на Ролана.

– Что ж это такое, Тихонов? Не успел к нам прибыть, и уже дебоширишь?

– Даже не понимаю, о чем разговор, гражданин начальник.

Все-таки нашлась сволочь, которая сдала его... Видать, кто-то из новичков записался в лагерный актив. И стукнул по долгу службы.

– Да все ты понимаешь, Тихонов, – поморщился мент. – Бабанова кто избил? Ты избил.

– Не знаю ничего, – покачал головой Ролан.

Пусть «кум» покажет ему свидетеля, тогда он сознается. Но не покажут ему стукача. Это как пить дать. А без свидетеля разговор ни о чем...

– Упираешься, Тихонов, ну-ну... В общем-то, ты правильно все сделал. За человека заступился...

– За какого человека? Не знаю ничего...

Он, конечно, и сам бы мог прикрыться оправдательным мотивом. Но ни за что на свете не сделал бы этого. Да, Базар – быдло беспредельное. Да, человека он опустил. Но говорить об этом «куму»... Да он сам себя после этого уважать не станет.

– Не надо валять ваньку, Тихонов! Все ты прекрасно знаешь... Не понимаю, чего ты запираешься? Ты же вроде бы нормальный парень. На заводе работал, в армии служил... Ну, оступился. Ну, сволочь уголовную убил в целях самозащиты... К отрицательно настроенным элементам ты не принадлежишь. Воровские идеалы не для тебя. Бандитом ты не был... Все правильно ты сделал, Тихонов. Все правильно. Бабанов – бандит. Рэкетом на свободе занимался. Привык, что все и везде для него, привык унижать и оскорблять людей. И здесь взялся за старое. Романа Золотко унизил... Правильно ты сделал, что за него заступился... Я бы на твоем месте признался...

Ролан пожал плечами. Пусть «кум» что хочет, то и говорит. Его дело – сторона.

– Я вот о чем хотел бы с тобой поговорить, – продолжал мент. – Положение у нас в колонии сложное. Может быть, ты этого не знаешь, но это действительно так. Есть у нас воровская прослойка. А есть и откровенно бандитская. Воры их спортсменами называют. Или просто животными. Бандиты отвечают им тем же... В общем, ситуация очень напряженная. У воров своя власть, у бандитов своя. Эти группировки находятся в состоянии постоянного конфликта...

– Зачем вы мне это рассказываете? – подозрительно покосился на «кума» Ролан.

– А затем, что существует еще одна группа людей, которую мы поддерживаем всеми силами. Это лагерный актив. Осужденные, вставшие на путь исправления. Силами лагерного актива мы поддерживаем порядок в зоне. И чем крепче актив, тем крепче будет порядок... Я знаю, ты боевым самбо занимался...

– Занимался, и что?

– И человек ты смелый. Не побоялся встать на пути злостного нарушителя порядка...

– Хотите, чтобы я и дальше стоял на этом пути? – криво усмехнулся Ролан.

– Разумеется... Какой у тебя срок, девять лет? – спросил и сам же ответил хитрый мент.

– Ну и что?