Читаем Ладога полностью

– А может, просто спрячем сани, и я пойду с вами? – предложил водитель. Но Игнат был непреклонен.

– Нет, Михалыч. Транспорт – наше все. Без него нам кранты, пешком до Севы хрен дойдешь.

И водитель, ставший на время сторожем, подчинился. Из оружия у него имелись при себе арбалет, ружье и нож. Арсенал вполне приличный. Он не боялся ни людей, ни зверей. И с теми, и с другими вполне можно было справиться – пулей или клинком. А вот ментальных атак Михалыч опасался. Когда разум охватывает морок и ты сам себе не принадлежишь, может случиться все что угодно. Ходили легенды про сталкеров, которые, став жертвой ментальной атаки, сами себя убивали. Оставалось надеяться, что здесь, на берегу, эта угроза слабее.

Аэросани частично закидали снегом для маскировки, из леса они должны были казаться просто большим сугробом. Михалычу предписывалось оставаться в кабине и никуда не отлучаться. И вот водитель сидел, закутавшись в шубу, и скучал. Он то и дело хмуро поглядывал в окно на бескрайнюю заснеженную равнину, под которой скрывалось озеро. В памяти Михалыча Ладога осталась совсем другой, могучей, грозной и полноводной, покрытой барашками волн. Настоящее море, с одного берега которого не всегда видно другой. Большую часть года озеро и оставалось таким. Но не зимой. В трескучие морозы Ладогу сковывало льдом, и выглядела она тогда просто как большое поле.

Водитель зевнул, потянулся и принялся бормотать себе под нос песенку, поглядывая в ту сторону, куда ушли Игнат, Павел и Алиса.

Вдруг вдалеке показался смутный силуэт, за ним второй. Михалыч среагировал моментально. Сон как рукой сняло, водитель поспешно схватил ружье и приник к стеклу. Два человека на лыжах спешили к аэросаням, а третьего волокли за собой по снегу. Разглядеть детали мешало большое расстояние и запотевшее стекло, но это не имело значения. Товарищи возвращались назад. Одному из членов отряда во время похода явно не повезло. Кого тащили по снегу, Михалыч отсюда разобрать не мог.

«А вдруг это тоже глюк?» – промелькнуло в голове, но водитель не придал значения этой мысли. Если бы он увидел тонущий грузовик или регулировщицу с флажками, ни за что бы не полез наружу. Но сейчас ситуация казалась простой и понятной: отряд спешит назад, у отряда потери. Значит, нужна помощь. С ружьем в руках и арбалетом за спиной Михалыч вылез из кабины. И застыл на месте в изумлении.

На побережье, насколько хватало глаз, никого не было. Ни своих, ни чужих. Ни людей, ни животных. Только снег и лесная чаща. Скрыться в лесу так быстро люди не могли, сторож видел их буквально пару секунд назад. Даже в снегу спрятаться они бы не успели.

«Черт, опять глючит!» – подумал Михалыч и начал залезать обратно. Но закрыть дверцу аэросаней не успел. Кто-то вдруг схватил дверцу с другой стороны и резко рванул на себя.

– Че за хрень?! – выругался водитель. И тут же увидел двустволку, нацеленную ему прямо в лицо. Сторож не успел сделать ничего – ни вскинуть оружие, ни позвать на помощь. Последнее, что он увидел, была человеческая фигура, закутанная в шкуры животных. Каким-то образом враг сумел подобраться к саням незамеченным и терпеливо дожидался, когда кто-то вылезет наружу…

«Мне капец», – успел подумать водитель, а потом выстрел двустволки оборвал его жизнь навсегда.

Бездыханное тело Михалыча рухнуло на снег. Несколько пар ног, обутых в валенки, пробежали мимо него. Быстро, действуя в основном руками, дикари раскидали снег. Двигатель аэросаней ожил. Лопасти пропеллера закрутились все быстрее и быстрее. Машина развернулась и понеслась по льду Ладоги прочь от Свирской губы – в сторону западного берега…

* * *

Алиса Чайка заподозрила неладное еще до того, как они с Павлом Свирским достигли места стоянки. Уходя в рейд, аэросани замаскировали, чтобы их не заметили издалека. Но поскольку времени у них было мало, машину закидали снегом кое-как, и ее корпус можно было различить среди сугробов. Однако сейчас Алиса, сколько ни напрягала зрение, не видела и намека на аэросани.

– Паш, Паш, саней-то нет… – девушка попыталась привлечь внимание товарища, но тот лишь бросил через плечо:

– Не говори глупостей.

Но, оказавшись на месте стоянки, они увидели там только разбросанный во все стороны снег и куски льда. И следы от полозьев, уходящие вдаль через озеро. Единственный транспорт исчез, а вместе с ним и надежды на скорое возвращение домой.

– Ну, Михалыч! Во гад! – возмущению Павла не было предела. – И где его, козла, носит?!

Алиса же сразу поняла: с водителем что-то случилось. Не мог Михалыч покинуть машину и бросить ее на произвол судьбы. Живым он бы не оставил сани.

– Надо искать тело, – с этими словами Чайка принялась рыться в снегу.