Читаем Лабиринт в пустыне полностью

Я шел в сторону центра, не очень понимая, куда и зачем я иду, я просто хотел успеть совершить все, что я должен, до того, как кончится заряд бодрости. На самом деле каждый из нас несет по жизни свой крест, и главное, что можно сделать — успеть при этой жизни приспособиться к нему. Даже если тебя придавила бетонная плита, ты должен научиться танцевать с этим грузом на плечах. Никто не обещает, что это будет просто, но, с другой стороны, и мы не в Раю. Глупо ожидать, что в этой жизни все будет «зашибись», а если это не так, то это какая-то неправильная жизнь. Если бы каждый человек на земле осознавал, что жизнь тут — это всего лишь подготовка к вечности, выбор следующего места вечного пребывания в зависимости от развитых тут качеств души и натворенных тут же дел — оооо, как бы здесь все действовали по-другому. Как бы все сразу забегали, засуетились! Молились бы день и ночь, из храмов не вылезали, раздали бы все имущество для милостыни. Но Бог не хочет, чтобы к нему шли под страхом наказания. Он хочет, чтобы к Нему приходили из любви. Любовь и нежность — единственное, ради чего я здесь. А это ежедневное рубилово с силами зла — это так, издержки производства. Я ускорил шаг, в воздухе появилось ощущение чего-то близко неизбежного. Каждый светлый ощущает это кончиками пальцев. Это ощущение зависает в воздухе прямо перед битвой. Я не мог обмануться, все мое тело реагировало на то, что висело сейчас вокруг меня в атмосфере. Я шел вперед. Ох, как же мне хотелось покряхтеть, пожаловаться на жизнь самому себе! Да что там, любой самый опытный светлый не очень-то любит это ощущение перед битвой. Такое тягостное и тягучее, как серо-зеленый болотный кисель, в который засасываются все ваши силы. Это не страх, нет. Это ощущение неизбежности войны. Я бы хотел быть цветочком: одуванчиком или васильком и в своей жизни не обидеть ни одну муху. Да, так легко прожить свою жизнь. Пара-пара-пам. Каждый жук больше свят, чем я: ведь он в своей жизни никого не обидел. Мне же приходится мочить темных. Незавидная долюшка, нечего сказать. Но тут всего 2 стороны: или ты светлый, или принадлежишь тьме. Я же твердо знал, что бы ни случилось, пусть даже небо упадет на меня, моя душа принадлежит Богу и Ему одному. Это было то, что хранило меня днем и ночью, в самом жутком кровавом сражении, бойне между светом и тьмой, это знание хранило меня.

Я подошел к зданию на старой Варварке (всегда любил эту улицу, сплошняком состоящую из храмов и церквушек), стал ждать, пока народ вокруг немного рассосется. Я не знаю, зачем я это делал, но одно я понимал точно — я ждал. Когда люди вокруг меня были дальше, чем 50 метров, я поднял правую руку, и меня мгновенно всосало в портал. Не спрашивайте, зачем я поднял правую руку, я и сам не знаю, но что-то внутри меня вынуждало меня сделать это. Я несся по туннелю портала, кувыркаясь как бешеная белка, как обычно, выпучив глаза, несущаяся за своим орехом. Столько тысяч лет прошло, а они все еще не могут уменьшить турбулентность во время полета в портале. Ну, в самом деле, что за безалаберность и халатность?! Я буду жаловаться в Министерство Порталов! Да!