Читаем Лабиринт миров полностью

Время от времени Лосев спрашивал себя, не сумасшествие ли вся эта экспедиция? Не жест ли отчаяния? Но глубоко внутри его, столь же необъяснимо, как и уверенность в отсутствии шипоносов, жило убеждение в том, что это не так. Шанс на успех был. Вот только он пока не мог объяснить, какой именно. Но когда придет время, внутренний голос подскажет ему, что надо делать. Именно эта слепая уверенность вела его сквозь тайгу к окраинам разрушенного и заброшенного Байкальска.

Бывают ли в пустынях шаровые молнии? Этого не знает никто. Но если академик, лауреат Нобелевской премии утверждает, что два человека погибли от удара шаровой молнии, кто осмелится поставить под сомнение его слова? Тем более в полевых условиях экспедиции, неофициальный руководитель которой погиб от этой таинственной молнии?

Как бы там ни было, после этого печального случая фактическое руководство экспедицией перешло к Вакенбергу. И никто уже не проявил интереса ко второму странному событию. Появлению в пустыне неизвестного подростка.

Самой первой задачей, которую поставил перед собой новый руководитель экспедиции, было установление независимого от Динькова канала связи со столицей Федерации.

В экспедиции были неплохие специалисты по связи, и, получив срочное задание от академика, они работали над этой проблемой вторые сутки подряд.

Используя образ кинжала, принесенного с собой Андреем из параллельного пространства, Вакенбергу удалось значительно сузить район поисков. Рикон в руках Андрея как стрелка компаса реагировал на место падения болида, скрытое под многолетними песчаными наслоениями. И теперь поиски не прекращались ни на минуту.

Вакенберг прекрасно понимал, что времени у него совсем немного. Как только Диньков узнает, что его план по устранению ученого не сработал, он примет другие меры. Средств у него для этого достаточно, а пустыня скроет все следы.

Но, пока канал связи с островом молчал, у Вакенберга оставалась надежда довести до конца начатую работу.

У Динькова сейчас слишком много других дел, и ему не до кызылкумовской экспедиции. Вакенберг знал, что это за дела, и понимал, что, если связь не удастся наладить в ближайшие дни, он может опоздать и в столице Федерации не останется ни одной силы, способной противостоять Динькову.

Индикатор канала прямой связи с островом вспыхнул вечером третьего дня, когда анализ проб из последнего шурфа уловил наконец наличие необычного, ни на что не похожего излучения. Они были уже у самой цели. Радиоинженер, выполнявший специальное задание академика, доложил, что к утру будет восстановлена связь со столицей… Им не хватило всего нескольких часов, чтобы завершить начатое.

Иногда судьба словно издевается над людьми, поманит сладкой надеждой, мелькнувшей впереди удачей и обрушит на человека свой очередной удар.

Собственно, у Вакенберга был выбор: можно было не ответить на вызов Динькова, мало ли какие перебои бывают со связью. Но, к сожалению, у этого правительственного канала не бывает перебоев. И оставалось лишь одно: попытаться скрыть от председателя Чрезвычайного комитета истинное положение дел. Это могло удасться лишь в том случае, если Диньков не потребует к аппарату исчезнувшего начальника экспедиции.

Зуммер вызова вновь завел свою назойливую трель, и Вакенберг дрогнувшей рукой повернул выключатель.

На экране появилось усталое и осунувшееся лицо хорошо знакомого Вакенбергу человека, вот только это был не Диньков…

Но к этому каналу не имел доступа никто, кроме самого Динькова, и появление на экране другого лица оказалось настолько неожиданным, что Вакенберг не сразу смог ответить тому, кто с ним говорил.

— Нам удалось переключить этот канал связи на нашу линию. Так что не удивляйтесь моему появлению. Но времени у нас мало. Вы хорошо знаете, какую бездну энергии жрет инорценная установка, с помощью которой мы захватили этот канал. Что вы делаете в Кызылкумах? Почему Чрезвычайный комитет не выходит на связь, что там вообще у вас творится?

Этого человека Вакенберг хотел увидеть больше всего. Именно для связи с ним ему была необходима рация, и только он один еще мог остановить Динькова. Только у него, у начальника Управления внешней безопасности Павловского, были для этого необходимые силы.

И оттого, что поражение обернулось нежданной удачей, Вакенберг растерял все нужные слова и нес какую-то чушь о том, что инорценные установки могут быть использованы лишь для связи со звездолетами, а их использование в атмосфере Земли запрещено из-за возможного разрушения слоя Хевесайда.

— Знаю. Я сам устанавливал эти правила, — усмехнулся Павловский. — А теперь рассказывайте.

Место для первого ночлега Лосев выбирал очень тщательно. От Байкальска их теперь отделял всего один дневной переход, и следовало проявлять максимальную осторожность. Ночь — любимое время охотников из банды «металлистов», и отряд сейчас находился в самом центре подконтрольной им территории.

После недолгих поисков нашли небольшой овраг, заваленный сверху рухнувшими вдоль тропы шипоноса соснами.