Брас поправил за ухом провод переговорного устройства и, включив связь, передал мнение Кабонги инспектору. От Серегина последовал приказ остановиться.

Лаваль и Кабонга, вооружившись биноклями с ночными насадками, вскарабкались на ближайшую груду валунов, чтобы осмотреть окрестность. Минут через пять они вернулись.

— До поселка не больше полукилометра, — доложил Лаваль. — Что у них там делается, рассмотреть не удалось, — слишком темно. Мы с Кабонгой насчитали всего с десяток слабеньких огоньков.

— Должно быть, свет перед входами в ангары, — добавил Кабонга.

Брас посмотрел на Серегина, ожидая приказа.

— Дальше пойдем пешком, — сказал инспектор.

Присматривать за вездеходами оставили Прошкина.

Пробираться среди каменных завалов пешком, подсвечивая дорогу тонкими лучиками потайных фонарей, оказалось не проще, чем ехать через них в темноте. Серегин то и дело, спотыкаясь, чертыхался вполголоса.

Поселок казался вымершим. На улицах не было заметно ни души. Слабые огни, которые заметили издали Лаваль с Кабонгой, как они и предполагали, освещали лишь плотно закрытые ворота ангаров.

Стараясь держаться в тени, незваные гости обходили один купол за другим, пока не оказались напротив входа в Храм. У его двери, в неясном, желтоватом круге света, отбрасываемом тусклым фонарем, неподвижно стояли двое посвященных.

— Похоже, что все уже в Храме, — сказал шепотом Глизон. — Как бы нам не опоздать к началу представления.

— Ну и что будем делать дальше? — спросил у инспектора Брас.

— Неплохо бы было незаметно проникнуть в Храм и заснять весь обряд на пленку, — задумчиво произнес Серегин. — Тогда бы у нас в руках были неопровержимые доказательства.

— Каким образом вы собираетесь это сделать?

— Здесь уж я целиком полагаюсь на ваш опыт.

— Мы десантники, а не шпионы.

— Кончайте, лейтенант, — болезненно поморщился Серегин. — Я уверен, что вы сможете это сделать, если только захотите.

— И если ответственность за все последствия вы возьмете на себя, — прибавил Брас. — Мне бы не хотелось, чтобы в итоге мои подчиненные оказались обвиненными в немотивированном насилии против мирного гражданского населения.

— Само собой, лейтенант, — поспешно кивнул Серегин. — Вся ответственность ложится на меня. Вы всего лишь исполняете мои приказы.

Брас посмотрел на Кийска, как бы призывая его в свидетели, и, отойдя поглубже в тень, знаком подозвал к себе Кабонгу и Шагалова.

— Оставьте трассеры и шлемы здесь. Вы снимете охрану у входа, переоденетесь в их одежду и войдете в Храм. Постарайтесь заснять что-нибудь, что может понравиться инспектору. — Брас протянул Кабонге миниатюрную видеокамеру. — Что бы там ни происходило, ни во что не вмешивайтесь. Мы ждем от вас сигнала, чтобы войти в Храм и арестовать Кула.

— Лейтенант, разреши мне пойти, — тихо, чтобы не привлекать внимание Серегина, обратился к Брасу Кийск. — Как я уже говорил, я догадываюсь о том, что здесь происходит, и поэтому смогу лучше других сориентироваться в случае непредвиденной ситуации.

— Нет, Игорь, инспектору это не понравится. Ты присутствуешь здесь только в качестве зрителя.

— Но ведь ты мог и не заметить, как я ушел?

— Конечно, — ответил Брас и отвернулся в сторону.

— Оставайся здесь, — сказал Кийск Шагалову. — Мы с Кабонгой управимся вдвоем.

— Точно, — весело подмигнул ему Кабонга.

Сделав петлю, они вышли к тылу храмового купола и двинулись к входу, скользя по стене почти незаметными тенями.

Немного не доходя до двери, Кийск замер, прижавшись спиной к пластиковой оболочке купола. Он хотел услышать хоть какие-нибудь звуки, издаваемые охранниками: посапывание, покашливание или, может быть, негромкий свист, — но тишина стояла такая плотная, что казалось, будто на десятки километров вокруг нет ни одного живого существа.

Сделав знак Кабонге, Кийск рванулся вперед. Охранники даже не успели разглядеть, что за существа бросились на них из темноты. Оказавшись в круге света, Кийск ударил ближайшего к нему посвященного кулаком в живот и сразу же рубанул ребром ладони по шее. Кабонга свалил своего противника одним мощным ударом в голову. Посвященные лежали на земле, похожие в своих серых балахонах на полупустые мешки с картошкой.

Подоспевшие Шагалов с Мастерсом помогли быстро раздеть охранников и оттащили неподвижные тела в тень.

Кабонга одернул левый рукав наброшенного поверх формы балахона, чтобы его широкий раструб прикрывал кисть руки с закрепленной на ней видеокамерой.

Чуть приоткрыв дверь, Кийск и следом за ним Кабонга, двигавшийся при своих габаритах на удивление изящно и плавно, скользнули в образовавшуюся щель.

Глава 17

Провозвестник

Кул ожидал новостей в своем кабинете. Навалившись грудью на стол, он нервно рвал лист бумаги и, комкая обрывки, метал их в крест, возвышающийся посреди комнаты.

Дверь без стука приоткрылась, и в комнату вошел двойник Кула.

— Ну? — нетерпеливо глянул на него Кул.

Вошедший сел на стул по другую сторону стола.

— Они уже здесь, — ровным, невыразительным голосом произнес он.