Читаем Лабиринт полностью

— Откуда мне знать, — взмахнул рукой «генерал». — Я встретил его всего неделю назад! Может быть, он сбежал после вторжения из какой-нибудь психушки!

— А откуда ты сбежал?

— Я добропорядочный гражданин! Обстоятельства заставили меня вести эту скотскую жизнь! — сообразив, что их не собираются немедленно расстреливать, «генерал» несколько приободрился и стал вести себя увереннее. — Я хотел бы знать, с кем имею дело?

— Я тот, кого ты никогда бы не хотел встречать на своем пути, добропорядочный гражданин. И меня совершенно не интересует ни твое имя, ни кто ты такой, ни как голосовал на последних выборах. Мне достаточно того, что ты сделал.

Баслов медленно спустился с крыльца и присел на нижнюю ступеньку:

— Кто еще хочет что-нибудь сказать?

— Послушайте, — затараторил «генерал». — Все, что здесь произошло прошлой ночью, — глупейшее недоразумение. Мы просто пришли попросить немного еды, а старик поднял шум, схватился за автомат… Он же застрелил одного из наших!

— Я никогда не поверю, что Степашин мог выстрелить первым. И никто на ферме не отказался бы накормить голодных, если бы вы просто пришли и попросили есть. Откуда вы вообще взялись? Чем занимались все время после вторжения?

— Мы… путешествовали…

— А это коллекция сувениров, которую мы нашли в их доме. — Кийск бросил на землю детский рюкзачок, из которого посыпались блестящие ювелирные изделия.

— Боже мой! — удивленно и даже как будто немного растерянно покачал головой Баслов. — Неужели это сейчас кого-то интересует?

— Сейчас это никому не нужный хлам, но, когда все снова вернется на свои места… — «Генерал» запнулся, напоровшись на холодный, насмешливый взгляд Баслова. — Мы же никого не грабили! Мы собирали это в брошенных домах! — закричал он.

— Подобные действия называются мародерством, — назидательным тоном сообщил Баслов.

— Но как же так!

— Эй, послушайте! — воскликнула одна из девиц. — Я знать не знала, чем они занимались! Все эти побрякушки я вижу в первый раз! И не я виновата в гибели ваших людей!

— Твоя вина в том, что ты выбрала себе плохую компанию. — Баслов поднялся на ноги. — Заприте их где-нибудь и дайте, что ли, поесть.

— Что с нами будет?

— Мне нужен врач!

— Я ни в чем не виноват…

Не обращая внимания на крики пленников, Баслов поднялся по лестнице и вошел в дом.

— Как ты собираешься с ними поступить? — спросил, войдя в дом следом за ним, Кийск.

— А что ты предлагаешь? — обернулся Баслов.

— Наверное, нам придется оставить их у себя.

— Никогда! Никогда подобной мрази не будет там, где командую я!

— Нет никакой гарантии, что, отпущенные на свободу, они не вернутся, чтобы отомстить.

— И речи не может быть о том, чтобы отпустить их. Не для того ты за ними охотился.

— Не собираешься же ты, в самом деле, расстрелять их?

— Нет. Исключительно по той причине, что не хочу заводить в отряде должность палача. Но существует не менее эффективный способ избавиться от них навсегда. Мы отдадим этих мародеров и убийц на перевоспитание механикам.

На следующий день пленников под охраной отправили в город. Те, не понимая, куда их ведут, молили о пощаде и снисхождении. Одна из девиц захлебывалась рыданиями. Черноволосый громила с простреленным плечом кричал, что никуда не пойдет, и требовал, чтобы его расстреляли прямо здесь, на месте.

Некоторые из людей, работавших на ферме, предлагали Баслову провести расследование и оставить тех, кто не причастен к убийствам, при условии, что они согласятся работать вместе со всеми. Но, обычно прислушивающийся к мнению своих подчиненных, капитан на этот раз непреклонно заявил, что ни один человек из банды «генерала» не останется в его лагере.

К полудню пленники и их конвоиры добрались до места, где начиналось серое дорожное покрытие города. Механиков видно не было, а на черные диски, висевшие в небе повсюду, люди давно уже перестали обращать внимание.

Когда подошли к первым домам, Киванов, отправившийся в город вместе с отрядом, предостерегающе поднял руку.

— В чем дело? — спросил Баслов.

Борис достал из кармана большой железный болт и кинул его вперед. На мгновение вспыхнул голубоватым сиянием защитный экран, перекрывающий улицу.

— Механики закрыли город, — сказал Киванов.

— Видимо, им не понравилось, что кто-то вмешивается в их работу, — сказал Кийск.

Баслов оценил это как комплимент и довольно усмехнулся в усы.

Оставив связанных бандитов и их подруг в нескольких метрах от экрана, люди отошли подальше и, расположившись на траве, стали ждать появления механиков.

Двое пришельцев показались минут через десять. Беспрепятственно миновав защитный экран, они приблизились к приговоренным и неподвижно замерли на месте, словно не зная, что дальше делать. В бинокли было видно, как высыпавшиеся из одного механика пауки набросились на людей и через минуту, сделав свое дело, снова скрылись под панцирем хозяина.