Он хотел бы отстраниться, оставить ее в холоде ночи, но продолжал лежать рядом, рукой касаясь ее плеча. Теперь ему надо привыкать к своей спутнице. И, наперекор только что сказанному, захотелось коснуться пальцами ее губ, провести по шее, спуститься ниже, расстегнуть пуговицы на рубашке… Странное желание разозлило его, и Крис отстранился, перевернулся на спину и вновь уставился на звезды. Они прекрасней Элизабет. Обычно о них забывают днем и вспоминают только на следующую ночь. Они не маячат перед нами целый день, то приманивая, то отталкивая. До них не дотянуться, а значит, никогда не прикоснуться. И они молчат. Элизабет – не звезды. Она целый день на виду, много болтает, чего-то требует и раздражает. К ней можно прикоснуться и при этом получить в лучшем случае пару ядовитых фраз.

Кристиан вздохнул и на миг зажмурился, ощущая на своей груди руку Элизабет. Звезды прекрасней этой девушки, они не касаются его, не вызывают желания большего, чем любоваться ими… Он перевел взгляд на Элизу: ее глаза были закрыты, он слышал ее спокойное дыхание, девушка уснула. Ее ресницы трепетали, губы слегка приоткрылись. Хотелось бы верить, что звезды прекраснее, но… Это было ложью.

Ночь была тяжелая, Кристиан практически не спал, прислушивался к каждому шороху. А еще девушка прижималась к нему, пришлось ее обнять, чтобы согреть и чтобы согреться самому. С первыми лучиками солнца он поднялся с песка, пытаясь осмотреть окрестности: обычный дикий пляж, море, волны, песок и буйная растительность. На горизонте не было яхт, что заставило его загрустить. Их вряд ли обнаружат. Он не знал, что делать: идти в лес или оставаться здесь и ждать спасения. Если их вообще будут искать. Но идти в чащу необходимо – надо поискать пресную воду. И еду.

От мыслей о еде стало еще тоскливей, ему никогда не приходилось добывать себе пропитание на необитаемом острове. Ни связи, ни интернета, даже спичек нет!

Нужно выкинуть из головы все, к чему они привыкли, все, что придумало человечество, и научиться жить так, как жили люди в эпоху раннего палеолита.

– Кристиан. – Голос Элизы отвлек его от печальных раздумий. – Что-нибудь изменилось?

– Нет. – Он мотнул головой, всматриваясь в ее лицо.

Взгляд Элизабет поник после его слов, она опустила плечи и вздохнула.

– Но я уверен, что нас будут искать. Твои родители, мои работники на плантации… Твои родители знают, что ты поплыла на яхте? И с кем поплыла?

– Кейт в курсе. – В глазах девушки блеснула надежда, – Но она не знает, с кем. Ведь я тоже до последнего не представляла.

– Они объявят нас в розыск. – Кристиан встал и протянул ей руку. – Нам надо найти пресную воду, а значит, придется идти в глубь леса.

Девушка поднялась, оглядываясь по сторонам, стряхивая песок с волос – от соли они затвердели, не мешало бы и окунуться в пресный источник. И очень хотелось пить. Как странно, повсюду вода, но сейчас она – яд.

– По дороге найдем что-нибудь поесть, – произнес Крис и направился в лес.

Элиза поспешила за ним, боясь отстать. «Поесть» – это слово звучало странно. Что они могут отыскать? Она даже боялась представить это «поесть».

Ступать по траве с высохшими листьями и прутьями оказалось не только страшно, но и больно. Они оба шли босиком. Элиза ковыляла, а потом привстала на цыпочки, но долго двигаться таким образом она не смогла. Пришлось ступать гуськом за Крисом, след в след.

Забавно, но сейчас она боялась его потерять, боялась, что с ним что-нибудь случится. Не хотелось остаться на острове совсем одной, тогда она точно не выживет. А с ним… Она смотрела на его мускулистую спину, подмечая, что Кристиан очень хорошо сложен.

– Ай! – вскрикнула она от неожиданной боли в ступне.

Пока она любовалась Крисом, наступила на что-то колючее. Конечно, ничего удивительного, кто-то свыше предупредил ее о том, что нельзя засматриваться на мужчин.

Она села на землю.

– Что? – Кристиан подошел к ней.

Она растирала ступню, слегка постанывая.

– Там было что-то острое.

– Я же сказал тебе смотреть под ноги и наступать на листья, – нервно произнес он и коснулся ее ноги. – Йода и бинтов у нас нет, аптеку здесь тоже еще не открыли.

Он осмотрел рану, которую и «раной» было назвать смешно. Ни кровинки, просто краснота.

– Жить будешь… и даже больше скажу – сможешь ходить.

– Если ты думаешь, что я сделала это специально для того, чтобы ты меня нес, то не надейся, – разозлилась она. – Меньше всего мне хочется оказаться в твоих руках.

– Не сомневаюсь. – Он поднялся, но внезапно замер и прошептал: – Элиза, не двигайся, ради бога, и не кричи, просто сиди молча.

Она не поняла резкой перемены его настроения, хотела спросить, но он ответил сам:

– Возле тебя змея.

Девушка перестала дышать, ошарашенно уставившись в его изумрудные глаза и боясь шевелиться, уже мысленно прощаясь с жизнью.

Глава 12