Читаем Квест – LEVEL 1 полностью

Зоя энергично кивнула в знак полного согласия. Ишь ты, как моментально спелись заклятые друзья, подивился Норд.

– Ладно. От одного вы избавились. Но есть же второй. Что делать с ним?

– Как что? Допросить.

– А если будет молчать? Пытать станете?

Вопрос был задан чисто полемически, но, поглядев на застывшую физиономию биохимика, Гальтон вдруг понял: этот, если понадобится, не остановится ни перед чем.

– Пытать – это средневековье. Глупо и неэффективно. Человек может наврать, а мы поверим. Я сделаю ему укол – расскажет всё, что знает. Без утайки и вранья.

– А потом?

– А потом отправится вслед за первым. В воду.

И снова Зоя поддержала немца кивком.

– Миссия ни в коем случае не должна быть сорвана, – повторила она за Айзенкопфом слово в слово.

Это окончательно вывело доктора из себя.

– Опомнитесь, коллеги! Мы с вами не киллеры, мы ученые! Одно дело – убить врага, который на тебя напал или, по крайней мере, представляет явную и очевидную опасность. И совсем другое – хладнокровное уничтожение беззащитного человека! Я этого не позволю! Это гнусность! – Он обернулся к девушке, понимая, что к немцу апеллировать бесполезно. – Зоя, что с тобой? Отец меня учил: гнусность совершать нельзя даже ради спасения мира. А мать прибавляла: мир гнусностью все равно не спасешь.

Она ничего не сказала, лишь посмотрела – с сожалением, а может быть, с жалостью. Он толком не разобрал.

Айзенкопф же воскликнул:

– Послушайте, Норд, который день наблюдаю за вами и всё не возьму в толк, почему вам доверили участие в этом сверхважном деле? Да еще назначили начальником! Раз вы такой чистоплюй, сидели бы в лаборатории, писали научные статьи. Не понимаю!

– И тем не менее начальник я, – отрезал Гальтон. – А вы будете выполнять мои приказы. Ясно?

– Ясно. – Голос биохимика был скрипучим, недовольным. – Но вы же понимаете, что отпускать его нельзя. Передать полиции – тоже. Это сорвет миссию.

Зоя снова произнесла, как заклинание:

– Миссия не должна быть сорвана. Ни в коем случае.

Все замолчали. Норд понимал, что они правы. Какой же выход?

– Вот что. – Айзенкопф открыл свой чемодан и зазвенел какими-то склянками. – Я не буду его убивать. После допроса я вколю ему тройную дозу препарата. Он не умрет, но рациональная зона мозга будет перманентно нейтрализована.

– Вы превратите его в идиота? Это еще чудовищней!

– Гальтон, послушай, – тихо сказала Зоя. – Этот чекист – изувер и убийца. Разве тихий, безобидный идиот хуже, чем изувер и убийца?

В нерешительности доктор оглянулся на человека, чья судьба сейчас решалась, и увидел, что тот очнулся. Взгляд розоватых глаз был полон ужаса.

– Лучше убейте! – хрипло сказал альбинос. – Чик и готово. Не надо уколов!

Биохимик подошел к нему с шприцем в руке, ладонью зажал рот.

– А это, товарищ , не тебе решать.

Чекист замычал.

– Пусть говорит, – велел Норд.

Немец убрал руку.

– Я все вам расскажу. Я буду работать на вас!

Вот это уже был разговор. Доктор подал Айзенкопфу знак: не мешайте.

– Что ж, проверим. В чем конкретно состояло ваше задание?

– Уничтожить командира диверсионной группы, – с готовностью, даже с поспешностью ответил белесый. – По возможности без шума. Вы не должны пересечь советскую границу. Чего бы это ни стоило.

Кажется, он действительно был готов к сотрудничеству. Следующие три вопроса прозвучали одновременно.

Княжна спросила:

– Откуда вы о нас узнали?

Айзенкопф:

– На какой стадии находятся работы по экстракту гениальности?

Гальтона же интересовал вопрос более практический:

– Какое именно учреждение разрабатывает формулу гениальности?

Пленник не знал, кому отвечать. Он обвел всех троих глазами.

– Я знаю. Я много чего знаю. Я не простой исполнитель. Я – эмиссар Коминтерна и ответственный сотрудник Разведупра .

– Он лжет! – воскликнула Зоя, но замолчала.

О Коминтерне доктор Норд слышал – это «Коммунистический интернационал», международная революционная организация, управляемая и финансируемая из Москвы. Но что такое «Разведупр»?

– Разведупр?

– Советская военная разведка, – объяснила Зоя. – Только врет он. Он из ГПУ , из политической полиции. Разведуправление Красной Армии сывороткой гениальности не занимается, это нам хорошо известно.

«Кому это нам ? – подумал Гальтон. – Мне, например, нет». Не в первый раз у него возникло ощущение, что он проинформирован о предстоящей операции хуже, чем подчиненные.

– Я не вру! – Альбинос нервно облизал губы. – Разведупр своим сотрудникам при выполнении загранзаданий мандатов не дает, а насчет Коминтерна… Оторвите подметку моего правого штиблета.

Айзенкопф нагнулся, снял с протянутой ноги ботинок. За подметкой, в самом деле, оказался сложенный листок тонкой промасленной бумаги. На ней лиловыми буквами был напечатан убористый текст по-немецки.

– «Предъявитель сего является полномочным представителем Центра категории ХХХ», – быстро прочел вслух биохимик. – Больше ничего, только печать, число, подпись Мануильского , секретаря бюро Исполкома. Три креста – это высшая степень полномочности, присваивается как минимум инспекторам бюро. Приказы обязательны к исполнению для всех ячеек Коминтерна.