Читаем Квартира полностью

Павлов, показывая, что разговор не состоится, решительно встал, но Аймалетдинов его примеру не последовал.

— Э-э-э! Какой вы нетерпеливый, господин адвокат. Ошибку делаете.

— Какую еще ошибку? Бросьте. Я не хочу ничего знать и вас не задерживаю.

Павлов сделал красноречивый жест в сторону выхода, но Аймалетдинов совершенно не спешил убираться. Напротив, он откинулся на спинку стула и удовлетворенно прищурил азиатские глазки.

— Ошибка первая. Я не капитан, а уже майор, — загнул большой палец новоиспеченный майор.

— Поздравляю, — буркнул Павлов.

— Вторая ошибка. Не повесился Жучков, — прижал он указательный палец.

— Как? Бросьте сочинять! — недоверчиво отмахнулся Артем.

— Так. Так. Слушайте дальше. Третье. Письмо предсмертное писал не Жучков.

Участковый загнул очередной палец и сощурился, окончательно превратившись в какого-то китайского божка не то Плодородия, не то Процветания.

— Не может… — начал Артем и осекся.

Только сейчас до него дошел смысл сказанного. Артем на всякий случай стиснул кулаки, впившись ногтями в ладони — на тот случай, если он еще продолжает спать. Но разговор с участковым, похоже, происходил наяву.

— Может. Может. Вот это я и хотел вам рассказать. И показать.

Теперь Аймалетдинов привстал, показывая, что закончил разговор. Но Артем протянул руку и придержал его.

— Подождите, можно мне глянуть? — Он указал глазами на бумаги.

— Смотрите. Для того и принес, — проворчал майор.

Артем схватил документы и споро просмотрел описание методики исследования почерка, сравнительные характеристики. Экспертиза ясно показывала, что почерк на записке был скопирован и вовсе не принадлежал руке погибшего.

«И кому же пришло в голову состряпать записку от его имени? Тому, кто убил!»

Это же означало, что убивший Жучкова имеет на Павлова зуб.

«И за что?»

Артем перекинулся на другой документ. По заключению патологоанатома, Жучков А. Д. был сперва задушен, а затем повешен. Причем труп его был привезен в его квартиру и там оставлен в петле в ванной комнате. Между смертью и помещением его в удавку прошло, как минимум, четыре часа.

— Фью-ю! — присвистнул Артем. — И как же это объяснить?

Аймалетдинов расцвел, он чувствовал себя королем положения. Сегодня не всезнайка Артем Павлов загибал пальцы, а он, участковый майор. Именно ему пришло в голову покопать это дело поглубже и отойти от официальной версии, которая оборвалась со смертью одноухого Захара и несчастного управдома Жучкова.

— Хм. Убили его. За него записочку намалевали. И подкинули все в квартиру нашего начальника жэка. Вот и выходит, что не Жучков главный в этой компании. И уж точно не ваш этот одноухий лысый бич. Есть рыба посерьезнее…

Аймалетдинов поднял взгляд, показывая возможное положение «рыбы посерьезнее», но Артему этого допущения было мало.

— Почему вы так решили?

— Кхе. Я-то знаю, когда мне начальство какие команды подает. Вот и тут, только все закрутилось, меня сразу на ковер дернули. Видать, у этого жучка были очень высокие покровители. Да и я догадывался об этом. Столько лет сидеть на должности начальника жилконторы смешно! Сопли жильцам утирать. Трубы прогнившие латать. Нее-е-ет! Не такой был Сан Митрич. Его министр знавал лично…

Артем недоверчиво скосил глаза:

— А с чего такой вывод?

Аймалетдинов помедлил.

— Ну… выпивали мы с ним пару раз, — характерно щелкнул себя пальцами под щекой он. — Ну и размяк он и давай храбриться. Я, говорит, не смотри, что просто начальник жэка. У меня, говорит, связи на самом верху. Я, говорит, хаты подгонял и министрам, и депутатам, и сенаторам. Если надо, говорит, до президента могу дотянуться.

Артем усмехнулся, и Аймалетдинов, соглашаясь с ним, кивнул.

— Ну, это он, конечно, хватил лишнего. А вот если пополам поделить, то выходит похоже. Не простая птица был наш Жучков…

Артем задумался, а майор Аймалетдинов поднялся со стула и сунул папку под мышку.

— Все! Бывайте здоровы, Артем Андреевич. Не хотел тревожить, но правду должен был рассказать. Теперь сами решайте, как быть. У нас официальное следствие закрыто. Прекратили. Указанием сверху. Эти бумаги тоже никому не нужны. Сохраню на всякий случай.

Участковый хихикнул, подмигнул Павлову и под угрюмое молчание адвоката прошел к выходу. Остановился на пороге, повернулся к новому хозяину квартиры и улыбнулся широкой подкупающей улыбкой самурая:

— Прощайте, господин Павлов. Ни пуха вам, как говорится, ни пера! Может, еще свидимся, если будете здесь жить. Говорят, что дом-то все равно в покое не оставят. Выселят вас в какой-нибудь элитный комплекс, а Варвару Штольц в богадельню. И конец истории. Ох-о-хо!

Артем решительно замотал головой:

— Не выселят! Теперь никого никуда не выселят. Побоятся. Спасибо вам, Аймалетдинов! Извините, что я… ну… раньше… несправедливо я к вам отнесся… извините! Спасибо еще раз!