Читаем Квархелион полностью

— Ну, люди, они в другом мире люди! Если тебе это так важно... На нашем языке Земля — Квархелион.

— Ну, пусть будет Квархелион, хотя мне не особо важно.

— Сейчас важно другое. — Он опять склонился над записями. — Тебе нужно идти к Авану, если он все еще в башне.

— Скажи... зачем я вам? Если Аван просил убить какого-то там короля и прекратить грандиозную войну, то вам я зачем? Кого надо убить? — Наконец решился я спросить прямо.

— Я уже говорил, убей Безликого!

Я все еще не доверял фэрам полностью, не забылось еще заточение в пещере.

— Как мне его найти?

— Он сам тебя найдет. У тебя должно быть много вопросов. На них может ответить твой таинственный друг Ав — так я его звал когда-то.

Сборы не заняли много времени. Оделся, нацепил ножны, прихватил сумку с едой и оседлал Капера. Тепло попрощавшись с людьми и наставником я отправился в путь.

***

Внутренний навигатор четко указывал направление к башне, и я подгонял ящера.

На ночлег останавливаться не стал — башня уже рядом.

Подъезжая к башне, я потирал шею — почти сутки в пути, с перекусами на ходу, я постоянно крутил головой, ожидая нападения, но его так и не последовало. Белый рыцарь забыл обо мне?

Оказалось, не забыл.

Аван ждал меня на том же месте, за тем же столом, все так же нагруженным едой.

На полу комнаты растеклась приличная лужа крови. С седой головы мертвеца сполз капюшон, сейчас он совсем не был похож на таинственного могучего мага, способного переносить людей в иные миры.

У меня похолодело на душе. Нет, мне не было жалко старика, даже не сильно печалился, что вопросы задавать некому. Просто именно сейчас я понял... против Безликого я — ничто и звать меня никак. Вся моя Сила ничего не решает. Еж говорил, что против Мастера меча я в открытом бою ничего не стою, я могу победить только благодаря неожиданности или своей Силе. Белый рыцарь намного сильней любого Мастера меча, опыта в работе с Силой у него море, да и внезапность на его стороне.

Хотя последним он не воспользовался, я его почувствовал. Как можно в такой горе железа передвигаться — не представляю, а он ходит совершенно беззвучно.

Я почувствовал его энергетику, он в полном заряде, такое даже человек без способностей почувствует. Но я, наверное, просто слепец, потому что аура — это второе, что мне удалось обнаружить. Первое — это острие клинка возле моей шеи.

— Здравствуй нежданный странник! — У меня чуть не подогнулись колени от этого голоса. Это не человек. Так говорить может только Божество. — Повернись, не бойся, брат.

Я повернулся. И мой взгляд застыл на сверкающих адским пламенем глазах с вертикальным зрачком. У меня не нашлось лучшей идеи, чем упасть в обморок.

Очнулся я у входа в башню. Сижу, прислонившись к стене.

Моя голова! Что со мной делал белый? По ощущениям сверлил отверстия в моей бедной черепушке.

— Очнулся, герой? — Странно, голос тот же, а холодок по спине новый.

— Мм... — Выдал я гениальную фразу.

— Посиди чуток, отойдешь сейчас. — Если мне не показалось, то сейчас было искреннее соболезнование.

— Что это было? — Я все-таки взял себя в руки, видно мало меня гоняли в армии, раз со страху отключился!

— Ну, я пришел этого недоделанного проведать, нарушил он уговор наш. Хотел отругать хорошенько, а он как обвинение услышал, так и воткнул себе ножик в пузо. Тоже мне... самурай нашелся. Кстати, я — Перун!

Ну, точно Божество, а я его еще и убить направлялся.

— Ну, не убить, а на убой. — Его мысленный голос не наводил ужас, скорей умиротворял. Продолжил он уже вслух. — И не Божество я, просто звучит классно, и в мифологии не на последнем месте. Когда-то меня звали по-другому, но я уже не помню. Я уже больше четырех сотен лет Перун.

— Ты не с рождения Безликий?

— Ну и как можно быть с рождения Безликим? — Похоже, ему весело. — Все мы рождаемся с лицами, а после перерождения мы получаем Лик.

Он вытащил из ножен свой огромный двуручник, достал откуда-то камушек и начал натачивать лезвие меча. Меня передернуло. Натуральный палач.

— Нет Толик, я не Палач, я — Судья. Такие, как мы с тобой, необходимы миру.

У меня чуть не вырвался вопрос про «мы», но я решил не перебивать старших.

— Видишь ли, брат, люди всегда отделяют одних от других. По цвету кожи, по месту проживания, по полу наконец... всегда! И это приводит к ссорам, дракам, а в масштабах народов — к войнам.

— А ты следишь, чтобы народы друг друга не уничтожили? — Догадался я.

— Да, например: фэры и люди, всего лишь две ветви эволюции, по сути, и те и другие — люди. Но они воюют и если не вмешаться — одни истребят других. Молодые народы гибнут без присмотра старших.

— Не совсем понимаю. Это уже третья история, которую я слышу!

— Это правда, ты на пороге перерождения, ты почувствуешь ложь.

Честно? Не убедил, но деваться мне некуда.

— Именно! Слушай, как все было!