Читаем Квант удачи полностью

— Слегка расходится с нашими жизненными планами, но куда лучше, чем их полное отсутствие, — насмешливо хмыкнул детектив. — Если иного выхода нет, можно конечно и в рабство…

— Ваши спутники с таким решением не согласны, — мягко возразил Боб. — Это приведёт к проблемам.

Фокс посмотрел на Трайбера: в глазах воина горела готовность убить и умереть. Он столько времени оставался невероятно-терпелив, доверившись новому вождю, хотя по-настоящему ещё не был уверен, стоит ли за ним идти. Всё это время ящерн держался на грани перехода к старому Трайберу, который привык решать вопросы яростью, коварством и силой. В нём помещалось и достаточно тактического расчёта — не зря Меценаты наводили ужас на столько планет, лавируя между силами десятков корпораций и сотен миров. Но никогда, ни на одном из этапов пути в Трайбере не было сострадания и терпимости, желания познать и понять то, что вселенная преподнесла ему на ладони. И наблюдая, как это на каждом шагу делает невыносимо великодушный Фокс, воин терял терпение. Ведь Трайбер не считал мир достойным великодушия.

Вся фигура Аны выражала её отношение к Гендару, планете запутанных возможностей, завтрашней надежды, взаимозачётных жертв. Остаться здесь в рабстве? Это было дико, даже если ты не из бывших олимпиарских принцесс с расплавленной свободой вместо крови. О таком не могло быть и речи.

— Вы сможете их убедить, капитан? — осторожно спросил Боб. — Способны удержать своих людей под контролем?

— Не понадобится, — ответил детектив, глядя друзьям в глаза. — Мы отменим жертвоприношение, но не останемся прозябать в твоей корявой мечте об успешном Гендаре, заблудший сирота. Мы сделаем из тебя человека.

Наступила пауза. Трайбер осклабился, в его насмешливо-злых глазах зрело одобрение. На лице Аны расцвела улыбка, ведь она знала: Одиссей не бросает пустых фраз. Если он так сказал, значит, видит нечто большее, на шаг дальше. И нужно прыгнуть вместе с ним, даже если кажется, что прыгаешь в пустоту. Принцесса поднялась, чувствуя, как руки и ноги наливаются силами, как выпрямляется спина.

— Что ж, будем решать проблемы каскадно, — мягко ответил Боб. — «Стрела» завершает свободный полёт, вы прибыли на Кольцевую. Я подогнал к шлюзу две орбитальных кабинки: одну для вас, мистер Фокс, другую для ваших друзей. Они полетят по важным делам, а вы полетите со мной, одновременно заложником… и интересным собеседником. Хотите что-нибудь сказать друг другу напоследок?

Одиссей подмигнул Ане и протянул руку Трайберу:

— Оставь-ка мне базуку.

— Но-но, — удивился Боб. — Вы же не боец, зачем вам оружие? К тому же, меня невозможно подстрелить или взорвать.

— Это не против тебя.

Базука была компактной, но тяжёлой, у Фокса перехватило дыхание, когда сорок пять килограмм несовершенных технологий легли ему в руки.

— А для интересной беседы!.. — прокряхтел он.

Кольцо расстилалось направо и налево, вверх и вниз. Последние сто лет оно лишь называлось кольцом, а по факту разрослось в сложную форму, точное название для которой и не подберешь. Впрочем, оглядев пейзаж, Фокс вдохновенно нарёк её многолинейной псевдосфероидной сетью . Недостроенная и оборванная, но вместе с тем масштабная, гендарская МПС одновременно впечатляла и удручала, она была крутой и ущербной, как весь этот мир. Блеск и нищета, взболтать, но не смешивать.

Жилы связующих линий тянулись на тысячи километров, на них то тут, то там нанизались убогие жилые блоки, мощные верфи, энергичные строительные блоки и транспортные узлы. К стыковочным кластерам приникли торговые и промышленные станции, дрейфующие по всей системе и приходящие сюда отдыхать: от обшарпанных развалюх — до элиток, сверкающих новизной. Между ними по тонким нитям сновали грузовозы и кабинки, в одной из которых мчался Одиссей Фокс. В пространстве между техно-паутиной светили три луны и сама планета, мелькали свободные трейсеры, плыли лайнеры и баржи. Большие блоки издалека казались игрушечными кубиками разных форм — в общем, Гендар выглядел оживлённо и пёстро.

Изогнутая линия, одна из магистральных, огибала открывшийся вид, и кабинка с детективом мчалась ей наперерез, чтобы в один момент достигнуть хорды. А та росла, из тонкой полоски превращаясь в мощную рельсу, а затем в огромную блочную стену, висящую в космосе.

— Ты не можешь обойти базовый запрет и убить Благонравова, — нарушил молчание Фокс. — И не можешь позволить нам причинить ему вред. Как же ты собрался убрать его с дороги?

— Изначально мой план был довольно изощрённым, — признался Боб. — Дать вашему интосу победить и на время захватить мои системы, чтобы вы, действуя полностью свободно, остановили безумца за меня, а я ничем не мог вам помешать. Затем я собирался вернуть контроль и захватить враждебные элементы, пока вы не вмешались ещё в какие-нибудь важные процессы. В плане было много деталей и условий, которые позволяли такому гамбиту пролезть сквозь сито базовых запретов.

— Но ты обнаружил, что Гамма слишком крут, и, если отдать ему контроль, назад вернуть уже не сможешь?