Читаем Квант удачи полностью

Ане захотелось сграбастать пацана и тискать, тормошить и гладить, потому что в его сжатых кулаках, ожидающих глазах и напряжённой позе была такая затаённая жажда одобрения и ласки! Пересмешница, наполовину человек, наполовину корабельная система, заботилась о маугли, насколько это было возможно на борту мусорной баржи посреди Кольца в системе Гендар… Но ласка была Зойке не по карману, и Крысёныш её не знал.

— Сам нашёл, сам сдал перекупщику, — задумчиво кивнул Одиссей. — Закон формально и не нарушен.

— Да, он же незарегистрированный, его как бы и нет! — хмыкнула капитанша. — Значит, и кражи не было, гражданин начальник, лично я никакого ядра не находила!

Крысёныш весело засмеялся, осторожно притронулся пальцами к мягкому и слегка сморщенному гендосу у себя на щеке, и засмеялся снова. Он всё ещё был счастлив, что получил симбионта и стал мега-крутым. А в болезнь ещё не верил, подумаешь, сыпь и прыщи, глаза болят и сохнут, пройдёт. Смерть, это такая сказка, верно?

— Я полетел к нашему цуру, хотя он фонси, потому что торгует внизу. Думал, он мне тысяч пятнадцать-двадцать за штуку скинет, а он предложил гендоса!

Крысёныш восхищённо вскинул руки. Судя по всему, гендосы на чёрном рынке стоили куда дороже, и он решил, что заключил сделку года.

— Только выходит, гнида продал нам бракованного паразита, — Зойка выругалась себе под нос. — Я с ним ещё разберусь, но сначала надо выручать Крыса.

— Да, перекупщик вас обманул.

— Наколол? — Крысёныш замер, а его лицо застыло от разочарования. Ведь он был уверен, что поменялся так удачно. — А на сколько?

— Кориальт это нано-колония, — мягко сказал Одиссей. — Ядро копит силы с момента создания бесконечно, путём варп-синтеза. Оно начинает с размера бусинки и нарастает слой за слоем, консервируя энергию. А когда нужно, тратит, превращая слои в чистый выплеск силы. Ядро размером с полметра… очень мощное.

— Погодь, мы этого не знали, — скривилась Зойка. — В Гендаре таких технологий и нет. Мы уяснили, что это энергосфера, а что особенная, не вкурили.

Крысёныш замер в расстроенном испуге.

— Да блин… — протянул он. — А сколько оно стоит, пару сотен?

Ядро такого размера вмещало примерно двести миллионов энз.

Если бы Зойка официально сдала его, даже жадное гендарское государство, даже после всех вычетов и налогов, выплатило бы ей три-четыре миллиона. Достаточно и для нового синтотела, и на домик в раю. Фокс на мгновение запнулся, пытаясь понять, как сказать несчастной мусорщице и её приёмышу, что у них в руках был шанс всей жизни — и они отдали его перекупу.

— Теперь не важно, сколько чего стоило, важно, откуда у вашего фонси взялся гендос.

Мальчик побледнел, его живые глаза блестели, пелена детского восторга схлынула, когда он впервые в полной мере почувствовал, что же с ним произошло. В конце концов, у Крысёныша был нюх на деньги, пусть даже упущенные. Губы задрожали, он опустил голову и отступил назад.

— Сволочи, — едва слышно прошептала Пересмешница, механоруки с тихим лязгом сжались у неё за спиной.

— У симбионта была упаковка? Где она?

Мальчишка сорвался с места и нырнул в шалаш, вынес пустой пластиковый контейнер, заполненный раствором.

— Никакой маркировки, включая заводскую, — быстро оглядев его, сообщила Ана. — Никакой инструкции. Как ты его использовал?

— Там была инструкция, визио, — сказала Зойка. — Только она сыграла один раз и самоуничтожилась. Я хотела прокрутить, но в моём нейрологе белое пятно. Помехи.

— Всё правильно, — кивнул Фокс, будто заранее ожидал такой ответ. — Контрафакт защищает производителя, уничтожая улики. И что ты сделал?

— Как показали. Вколол гендосу активатор, вколол себе оптимизатор, — шмыгнул носом Крысёныш, загибая пальцы. — Намазался весь гелем, вскрыл его домик и выпустил. Он полазил по мне и присосался к щеке. Потом я пять дней пил стимулятор, он уже кончился… Ну и всё.

— Без специальной прошивки, без наблюдения, — напряжённым тоном заметила Ана. — Но это явно не «дикий» гендос, Крысёныш не подхватил его на какой-нибудь свалке, а прошёл все этапы вступления в симбиоз.

— Его создали в той же лаборатории, что и остальных, — сказал детектив. — Но в отличие от официальных, не маркировали.

— Уверен?

— Такое не сделаешь кустарно. А с полным технологическим циклом… Благонравов монополист, он никому не отдаст свои формулы и технологии.

— Но зачем выпускать тайные гендосы кроме явных, и распространять их через чёрный рынок?

Фокс не ответил.

— Это всё здорово! — нервно крякнула Зойка. — Но надо Крыса спасать! Сколько ему осталось?

— Максимум полторы недели, — ответила Ана. — Скорее одна. Сейчас идёт первичное отторжение, это цветочки, скоро начнёт становиться хуже с каждым днём.

— Как зовут вашего перекупщика? — спросил Фокс в наступившей тишине.

— Грейсон, — буркнула Зойка. — Он весь серый, кожа, одежда, волосы. Вот координаты его точек в Кольце и на спутниках.

— Мы его найдём, — пообещал детектив. — И выясним, откуда он берёт гендосов и зачем раздаёт жителям Кольца. Сколько осталось до луны?

— До Хориса пять тактов полёта и пять торможения.