Это было горячее время и для администрации рейхскомиссариата Украины (РКУ) чиновников резиденции трусоватого гауляйтера Эриха Коха. Войска 1-го Украинского фронта готовили Ровенско-Луцкую наступательную операцию. Кох, покинув свою резиденцию в Ровно, перебрался в Восточную Пруссию на дачу Гросс-Фридрихсберг на северо-западе Кенигсберга и там отсиживался до окончания войны, надеясь удрать в Латинскую Америку.

В ходе наступления Красной армии и ожесточенных боев с авиационными бомбардировками усадьба Коха была разрушена. Картины и другие культурные ценности он вывез вглубь Германии. Но сохранилась комната (ее застали наши воины), на дверях которой имелась табличка «Адольф Гитлер». Оказалось, когда в гости к Коху приезжал фюрер, он селился именно в этом роскошном номере. Сейчас на месте усадьбы стоит пилорама, а место называется поселок Майский…

И все же много нацистских руководителей, запятнавших себя кровавыми делами на Полесье, еще оставалось в Ровно. О работе партизан и Николая Кузнецова против них с участием Лидии Лисовской и Марии Микоты, в том числе и в ходе проведения операции по похищению генерала Ильгена, будет рассказано ниже. Лидию как экономку генерала несколько раз арестовывали и допрашивали в Ровно, в том числе и с пристрастием. Ее освободили в очередной раз, и она по заданию партизан отправилась во Львов с отступающими немецкими войсками…

Теперь за ней следили львовские ищейки. Во Львове ее снова арестовали и доставили в здание СД, где жестоко допрашивали, избивали, требуя признаться в работе на советских партизан и рассказать о степени участия в похищении генерала Ильгена вместе с Паулем Зибертом. После таких допросов с пристрастием Лидия несколько раз теряла сознание.

Но, из-за того что спецслужбы теперь искали во Львове Пауля Зиберта, Лидию Лисовскую «привели в порядок» с целью вывести ее на улицы города для возможной встречи с разыскиваемым, чтобы с ее помощью выйти наконец на Зиберта. В сопровождении плотного наружного наблюдения ее водили по улицам города и однажды… она его встретила. Сердце застучало гулко… На мгновение и он заметил ее. Лидия отвернулась, достала зеркальце и начала поправлять прическу. Это был последний раз, когда Лидия увидела обер-лейтенанта Пауля Зиберта, уставшего, в серой армейской шинели, но вида не показала. О ее дальнейшей судьбе будет рассказано ниже в главе «Гибель героев».

Карающая длань возмездия

Николай Кузнецов несколько раз говорил руководству отряда, что у него чешутся руки наказать оставшихся нелюдей-палачей. Заинтересованно слушая отечественные радиопередачи о событиях на фронтах, общаясь со своей агентурой, знакомыми офицерами вермахта и представителями других силовых структур, Кузнецов пришел к выводу, что ровенские нацистские бонзы очень скоро могут безнаказанно исчезнуть из города. Красная лавина Советской армии стремительно накатывалась на западные земли Отчизны. Каждый день приносил радостные вести об освобождении хуторов, сел и городов от гитлеровских оккупантов. Наша армия приближалась к западным границам Советского Союза.

Это понимал и Медведев, но, как говорится, каждому овощу свой срок созревания. К осени 1943-го наступило время и для Николая Кузнецова.

Наконец Дмитрий Николаевич дал добро на «применение силы» против палачей не только Украины, но и преступников мирового масштаба. Ведь многие из них оставили свой кровавый след и в Центральной Европе во время захватнических походов. Советские партизаны, в том числе и из отряда «Победители», «пощипали» их по городам и селам, но у Пауля Зиберта были другие задачи, поставленные Лубянкой и командованием отряда, — продолжать заниматься добыванием стратегической разведывательной информации. Вместе с тем у партизан никто не отнимал функции разрушения системы обеспечения фронта противника: нарушение связи и коммуникаций, работы его автомобильного и железнодорожного транспорта, физической ликвидации личного состава вермахта.

Есть смысл пройтись дорогой подвигов Николая Ивановича Кузнецова и всего отряда «Победители» на ровенском Полесье.

Летом 1943 года партизаны, узнав от Пауля Зиберта о прилете в Ровно главного идеолога Третьего рейха Альфреда Розенберга, подготовились к совершению теракта на шоссейных дорогах, ведущих от аэродрома к Ровно. На каждом дорожном разветвлении были выставлены партизанские засады с пулеметами и противотанковыми гранатами — безболезненно он бы не проехал. Но произошел сбой, важная птица из Берлина прибыла в город специальным, литерным поездом через Клевань.

Летать над этой территорией уже боялись. Покушение не состоялось, но Зиберту удалось дополнительно выяснить и подтвердить ранее поступившую от Коха информацию о том, что приезд Розенберга связан с подготовкой наступления на Востоке в районе Курска…