– Слыхал я об том… Мыслишь, сховались нелюди? Артур с растущей тревогой следил за беседой вчерашних врагов. Представители враждующих колдовских конфессий пока еще не могли привыкнуть действовать в одной упряжке и постоянно задирали и подкалывали друг друга.

– Эй, брат Кристиан, это вы о чем?

– Да все о том же, духом человечьим тянет. Свежим душком, – Хранитель подергал себя за бороду. – Банда в Павловске шурует… Да тебе о таких мелочах теперича не докладают, хе-хе… Может, и правда сыскали воры ходы древние, там и ховаются, и добычу туда складывают…

Були вели себя нервно, грызлись, путали поводки, норовили затеять драку. Болотные коты, порученные Цырену, спокойно лежали у его ног, видимо чувствуя что-то родное в леопардовой повадке монаха. Лучше всего в привычной мрачной атмосфере подвала чувствовали себя гигантские летучие мыши. Один из летунов даже успел изловить парочку крыс.

Под землю Коваль взял шестерку лучших лысых булей, самых мощных и свирепых из президентской охраны, а также четырех болотных котов и двух летунов-вампиров. Тигров-альбиносов Артур был вынужден оставить. Мощные звери могли застрять в узких проходах. Кроме того, один тигр Лапочка съедал в сутки мяса больше, чем четыре здоровенных пса.

Сверху занесли и выложили горой мешки, рюкзаки и ящики, которые предстояло теперь тащить на себе. Даже самые говорливые бойцы невольно примолкли, когда пришла пора прощаться с голубым небом. Казачий сотник и капитан «голубых клинков» из президентского конвоя были готовы сопровождать начальство хоть к черту на рога. Но Митя Карапуз скомплектовал для рейда два самых надежных взвода, остальных отправил в казармы. С приказом держать рты на замке…

– Слушайте все, – вполголоса обратился Артур к «голубым клинкам» и казакам, построившимся с автоматами и факелами. – Впереди идет господин Цырен и егеря с котами. Мы пойдем следом. Я, затем господин Касьян, господин Кристиан и остальные. Дальше – обоз. Огонь не разводить, курить только на привале, говорить запрещено, команды передавать установленными сигналами. Оружие привязать, проверить, чтобы нигде не звякало. Если есть кто… Короче, если кто в себе сомневается, пусть выйдет сейчас. Обещаю, под трибунал не посажу.

Однако никто малодушия не проявил.

Прошло совсем немного времени, и полусотня отчаянных бойцов, навьюченных походным грузом, тронулась в недра царской подземки.

5

ЦАРСКАЯ ПОДЗЕМКА

Минут сорок двигались без приключений, вдоль широкой однопутки, уложенной в чреве бетонного тоннеля трехметровой высоты. По стенам змеились поросшие мхом и паутиной кабели, в гнездах слепо поблескивали небольшие прожектора. Ширина тоннеля превышала десять метров. Вентиляция все же присутствовала – кое-где ощущался слабый, но устойчивый естественный приток. Боковые ответвления чередовались с ливневыми колодцами и резервными кингстонами. Тоннель все время уходил вниз, затем начался плавный поворот налево. Кое-где из щелей сочилась вода, но между шпал пока было сухо. Сторожевые кошки вели себя спокойно, только рыкали, когда на пути, среди щебня встречались черные застывшие капли, похожие на смолу. В таких случаях звали Цырена. Человек-леопард становился на колени, нюхал кровь оборотня, трогал ржавые рельсы, мрачно скалил зубы. Его личный враг ложился тут на отдых и зализывал раны.

На арочном своде, выложенном белым кирпичом, с замковым камнем посередине, плясали отсветы факелов. В стенах через равные промежутки темнели пазы. В некоторых из них сохранились части механизмов, похожие на задвижки. После третьего низкого перрона стали встречаться старинные колодцы с чугунными ступенями. К колодцам подводили котов, но обоняние ничего не подсказывало хищникам. Зато Хранитель памяти уже в третий раз шептался с Цыреном и Черным Дедом. Президент не встревал, справедливо полагая, что каждого из них заменить не в силах.

Угол наклона постепенно уменьшился, тоннель теперь вел горизонтально. Запахло сыростью, появились лужи и насекомые, часто закапало с потолка. Отряд стал чаще останавливаться, поскольку Карапуз приказывал проверять каждый поворот, каждый лаз. Почти все боковые проходы оказались подтопленными. Артур и Орландо неоднократно сверялись с картами. Получалось, что под Большим прудом они давно прошли и уверенно направлялись к станции Александровская. Все именно так, как рассказывали предания о царской подземке.

Однажды в боковом тупиковом проходе солдаты наткнулись на спрессованную временем кучу мусора. Из рвани выглядывал носик старинного чайника, бронзовая каска с фонарем и обрывки арматуры. Спустя сорок метров снова обнаружились следы халатности – китель с позеленевшими пуговицами, ботинки, обрывки каких-то амбарных книг с чертежами. Вполне вероятно, что строители сворачивали работы в спешке. Наконец авангард уперся в развилку, и Артур воочию столкнулся с российской историей.