Читаем Кусака полностью

Джинджер неподвижно смотрела прямо перед собой. С волос свисали трубочки бигуди. Густо запудренное пылью лицо превратилось в бледную маску.

— Вот те крест, она меня так напугала, что я чуть в штаны не наклал, — сказал Кёрт, бросив быстрый взгляд на Дэнни Чэффина. Помощник шерифа еще раз обошел вокруг Джинджер. — Я ехал в винный. Не знаешь, где человеку можно раздобыть выпить?

— Винный закрыт, — сказал Вэнс, поднимаясь со стула. — Это мы сделали в первую голову.

— Не сомневаюсь. — Кёрт потер губы и нервно улыбнулся. Он чувствовал себя трясущейся развалиной, и Джинджер Крич, шагавшая по улице наподобие зомби с вышибленными мозгами, тоже не добавила ему спокойствия. Просто… понимаешь, мне бы чего-нибудь… ну… ночку скоротать. — Из-под расстегнутого воротничка мятой белой рубашки свисал новообретенный галстук.

— Джинджер? — Вэнс помахал рукой у нее перед лицом. Джинджер моргнула, но ничего не сказала. — Ты меня слышишь?

— Я ищу своего пацана, — сказал Кёрт. — Кто-нибудь из вас видел Коди?

Вэнс невольно рассмеялся. Полчаса назад он ездил за своим помощником Чэффином к нему домой на Окли-стрит и к концу поездки чувствовал себя так, будто провел с Селестой Престон десяток раундов на ринге. Потом он взялся объяснять Вику и Арлин Чэффин про космолет, и Арлин принялась плакать и причитать, что-де настал конец света. Селесту Вэнс отвез обратно к ее машине, и последнее, что увидел — как большой желтый «кадиллак» устремился на запад. «Погнала к себе на асиенду, прятаться под кровать, не иначе, подумал он. — Ну и хрен с ней — кому охота, чтоб она тут околачивалась!»

— Кёрт, — сказал он, — ты, как не проспишь полсуток, так становишься опасным. Около девяти тридцати твой мальчишка устроил в зале игровых автоматов сущий ад — затеял драку между бандами, и в результате целая орава сопляков загремела в клинику. При том количестве пострадавших, какое мы имеем, это нужно доктору Мак-Нилу, как собаке пятая нога.

— Коди… дрался? — Кёрт абсолютно потерял счет времени. Он взглянул на часы и увидел, что они остановились в две минуты одиннадцатого. — Он в порядке? В смысле…

— В порядке, в порядке. Правда, чуток побитый. Он отправился в клинику.

То бишь, жди счета от врача, подумал Кёрт. Дуролом окаянный! У таракана мозгов и то больше!

— Джинджер? Это Эд Вэнс. Дэнни, дай-ка мне со стола фонарик. — Шериф схватил фонарик, включил и направил свет в незрячие глаза женщины. Она еле заметно вздрогнула, безвольно висевшие вдоль тела руки закаменели. Джинджер! Что случилось? Почему ты…

По телу Джинджер прошла сильная судорога, и ее лицо напряглось, словно мышцы вот-вот должны были прорваться сквозь кожу.

— У нее припадок! — завопил Кёрт и по кровавому следу Джинджер попятился к двери.

Серые губы женщины дрогнули и раскрылись.

— Гос… подь… пастырь мой, я ни в чем не буду нуждаться, зашептала она. — Он покоит меня на злачных пажитях. И… и водит меня к водам тихим. — Из глаз Джинджер хлынули слезы, и она, запинаясь, продолжала читать Двадцать третий псалом.

Сердце у Вэнса стучало, как паровой молот.

— Дэнни, давай-ка скатаем к Хитрюге домой. Мне чертовски не нравится то, что я вижу.

— Да, сэр. — Дэнни взглянул на застекленный шкаф, где хранился их арсенал, и Вэнс прочел его мысли, потому что сам думал о том же.

— Достань мне дробовик, — велел Вэнс. — Себе возьмешь винтовку. Да заряди.

Дэнни взял связку ключей и отпер шкаф.

— Не… убоюсь никакого… — Слова застревали у Джинджер в горле. Не убоюсь никакого… не убоюсь никакого… — Она не могла заставить себя выговорить следующее слово. По лицу опять потекли слезы.

— Кёрт, отвези Джинджер в клинику. Найдешь Эрли и скажешь ему…

— Да пошел ты! — запротестовал Кёрт. Он не хотел иметь с этим ничего общего. — Что я тебе, легавый!

— С этой минуты — да. Присягу принесешь потом. А сейчас делай, что говорят: забери туда Джинджер и доложи Эрли, как ее нашел. — Вэнс взял у Дэнни дробовик и положил в карман патроны.

— Э… а что, по-твоему, случилось? — голос Кёрта дрожал. — Я хочу сказать, с Хитрюгой?

— Не знаю, но мы собираемся это выяснить. Джинджер, я хочу, чтобы ты поехала с Кёртом. Хорошо? Ты меня слышишь?

— Не убоюсь никакого… — Она плотно зажмурилась и снова открыла глаза. — Не убоюсь никакого…

— Эд, не знаю, — сказал Кёрт. — Не гожусь я в помощники шерифа. Может, найдешь кого другого ее возить?

— О, Господи! — крикнул Вэнс, взвинченный до предела. Джинджер дернулась, заскулила и попятилась. — Эй! Я тебе заплачу! — Он полез в задний карман, вынул бумажник и раскрыл его. Там оказалась только пятидолларовая банкнота. — Вот, на! Купишь в «Колючей проволоке» свою поганую бутылку, только пошевеливайся!

Кёрт облизнул нижнюю губу. Его рука нырнула в бумажник и вынырнула, разбогатев на пять долларов.

Вэнс осторожно взял Джинджер под руку и повел из кабинета. Она покорно шла за ним, оставляя кровавые следы, а от сдавленного шепота «Не убоюсь… не убоюсь» у шерифа по спине бежали мурашки. Дэнни запер за ними дверь. Кёрт отвел сумасшедшую к своему «бьюику», усадил в машину и поехал в больницу. Выхлопная трубка волочилась по мостовой, высекая искры.