Читаем Кусака полностью

Чуть погодя (сколько прошло времени, Коди не знал — с головой у него все еще было плохо) в помещение вошло существо с лицом Мэка Кейда и растущим из груди собачьим торсом и головой. Оно принесло еще кого-то. Коди следил, как существо коснулось башмаком пирамидки. Зажегся фиолетовый свет, клетка пошла на посадку. Когда она достигла пола, прутья погасли, и пленники оказались в обществе Сержанта Деннисона. Существо опять коснулось пирамидки. Прутья вспыхнули. Клетка оторвалась от пола. Кусака посмотрел на Сержанта и спросил, как его зовут (у Коди он спрашивал, как зовут девушку). На то, чтобы понять вопрос, у Сержанта ушло несколько секунд, но в конце концов он, заикаясь, назвался, и Кусака ушел. Но Коди уже успел заметить зажатую в зубах у пса черную сферу.

Сейчас мальчик внимательно рассматривал на темную пирамидку. Он подозревал, что это выключатель. Если дотронуться до нее, клетка опустится, а прутья отключатся. Но пирамидка находилась в трех футах под ними и еще в трех — от края клетки. Слишком далеко, чтобы дотянуться, даже если бы удалось просунуть руку между прутьями, не спалив ее до локтя. И все же… Коди не мог придумать иного выхода. Даже не зная, каковы планы Кусаки, он догадывался, что добра не жди.

Парнишка залез в карман и вытащил монетку в десять центов, четыре пенса и зажигалку. Какое давление нужно, чтобы выключатель сработал? Возможно, достаточно было попасть в него зажигалкой… но Коди быстро отверг эту мысль: если зажигалку пробьет, жидкость загорится и пламя охватит клетку. Он убрал зажигалку в карман, лег на живот, сделал ладонь «дощечкой» и, прижимая к ней монетки большим пальцем, потянулся к огораживавшим клетку прутьям. Зазор между ними был достаточно велик, чтобы рука прошла, и Коди начал осторожно просовывать запястье наружу, благодаря судьбу за то, что он такой тощий. В ребрах снова вспыхнула боль. Мальчик судорожно втянул воздух, и от этого движения рука едва заметно отклонилась вправо.

Волоски на предплечье тихонько затрещали, выгорая. Коди держался по возможности неподвижно, но рука дрожала от усилий. Ладонь начала потеть. Он попытался передвинуть монетки так, чтобы щелчком запустить их в пирамидку — и немедленно лишился десятицентовика и одного пенни, упавших прямо на пол. Руку сводило, а прицелиться было некогда. Резким движением запястья Коди бросил обе монетки и увидел, что одна ударилась о пол за пирамидкой, а вторая — слева от нее.

— Черт! — сказал он и втащил руку обратно. Все волоски до середины предплечья выгорели, но кожа была невредима. Однако еще чуть-чуть — и в клетке запахло бы горелом мясом. Руку до самого плеча охватила дрожь. Осознав, что доставать этот выключатель — дело довольно безнадежное, Коди отполз от края и сел на корточки, потирая плечо. Он посмотрел наверх. Примерно в восьми футах над головой лучи сходились в одну точку. Где-то над ней располагался механизм, поднимавший и опускавший клетку. Взгляд Коди вернулся к пирамидке на полу.

— Не может быть, чтобы до нее нельзя было добраться, — сказал парнишка.

— До кого? — спросил Сержант.

— Вон до той штуки. — Коди ткнул пальцем вниз, в пирамидку. Сержант увидел, о чем идет речь, и кивнул. — Думаю, она управляет клеткой. Если бы я сумел как-нибудь дотронуться до нее, я бы смог…

— Коди, — страдальчески прошептала Миранда. Девушка пыталась сесть, широко раскрыв воспаленные глаза. — Коди!

Он перебрался к ней.

— Не переживай. Лежи и не шевелись.

— Что случилось? Где мы? — Она огляделась, увидела кольцо фиолетовых прутьев. — Рик… где Рик?

— Рик в порядке, — соврал Коди. Миранда заморгала. — Он перебрался через мост.

— Мы… на что-то наехали, да? Ой… голова… — Миранда нащупала синяк и шишку, сморщилась, из глаз снова брызнули слезы. Она смутно помнила выросшую перед ними на мосту фигуру, столкновение, встряску и ощущение падения. Слава Богу, на этом воспоминания обрывались. — С тобой все в порядке?

— Более-менее. — Коди отвел со лба девушки влажные кудри и пригладил их. Сотрясение мозга, догадался он. — Что-нибудь чувствуешь? — спросил он, растирая ей руки, и Миранда ответила: — Да.

Он принялся за лодыжки.

— Да, — ответила Миранда, и Коди отчасти успокоился. На руках девушки алели ожоги от трения, нижняя губа треснула и распухла, но, по его мнению, если бы он не остановил Кусаку, дело могло обернуться гораздо серьезнее: переломами спины, рук, ног, и, разумеется, шеи.

— Мы наехали… на Бормотуна, да? — спросила Миранда.

Коди слабо улыбнулся.

— Еще как наехали. Он так и плюхнулся на задницу.

— Мне показалось… ты говорил, что умеешь водить мотоцикл.

— По-моему, я отлично справился. Мы ведь живы, верно?

— Не знаю, не знаю. — Теперь настала ее очередь изобразить бледное подобие непокоренной улыбки, хотя в глазах еще плавала муть. — По-моему, мне надо было остаться в Форт-Уорте.

— Угу, но тогда ты не встретила бы м е н я.

— Да пошел ты, — фыркнула Миранда, и Коди понял, что девчонка оклемается. Ее голос снова набирал силу.