Читаем Кусака полностью

— Именем Господа приказываю тебе: возвращайся в преисподнюю! крикнул он. Рик протянул руку, чтобы ухватить священника за сутану. Приказываю тебе! Приказываю…

Раздался пронзительный визг, похожий на рыдание баньши. В нескольких дюймах от Рика что-то мелькнуло, в ушах засвистел поднятый им ветер. Рука парнишки оказалась в крови, а отец Ла-Прадо внезапно исчез. Просто-напросто исчез.

«У меня на рубашке кровь», — понял Рик, погружаясь в облако дурманной нереальности и чувствуя затхлый запах меди.

На него пролился дождь алых капель. И еще что-то. Посыпались какие-то кусочки. Слева от Рика о мостовую ударился ботинок. В шести или семи футах справа — рука. Вокруг падали на землю останки отца Ла-Прадо, высоко подброшенного и разодранного в клочья шипастым шаром. Последним упал разломанный надвое жезл.

Монстр вновь занес хвост, с которого капала кровь и срывались кусочки плоти. Коди увидел, как хвост задрожал, готовый нанести удар. Рика парализовало. Времени оценивать прошлое и настоящее не осталось; Коди припустил к Хурадо, дважды выстрелил на бегу и увидел, что пара янтарных глаз сосредоточилась на нем. Три драгоценных секунды существо медлило, выбирая между двумя мишенями, а потом злобно стегнуло хвостом в сторону. Костяные шипы со свистом рассекли воздух.

Коди прыгнул на Рика, сбил с ног, так что тот распростерся на тротуаре, услышал, что шипастый шар приближается, и сам распластался на окровавленной мостовой.

Шар пронесся меньше чем в футе над ним и вернулся грозным расплывчатым пятном, но Коди уже извернулся, как червяк на раскаленном противне. Шар высек искры из мостовой и ретировался, готовясь к новому удару, и Коди увидел, что Рик сел. Лицо его было в крови Ла-Прадо.

— Беги! — крикнул Коди. — Я вытащу Миранду!

Рик не отозвался, но Коди больше ничем не мог ему помочь. Миранда, скорчившись на ступеньках церкви, звала брата. Коди поднялся, прицелился твари в глаз и выпустил две последние пули. Второй выстрел выбил из чешуйчатого темени сгусток серой жидкости. Чудовище громко зашипело и отбежало, быстро перебирая лапами.

Коди помчался назад через улицу, петляя, чтобы не дать твари прицелиться. Он бросил пистолет и вспрыгнул на сиденье мотоцикла. Ключи были в зажигании. Лягнув стартер, Коди проорал Миранде: «Садись!» Мотор затарахтел, затрещал, но не завелся. Чудовище исполинскими шагами двинулось вперед, туда, откуда можно было бы нанести удар. Коди во второй раз налег на стартер; мотор чихнул, завелся, заглох, снова чихнул и сипло зарокотал. У Коди мороз прошел по коже: парнишка почувствовал, что хвост изогнулся. Бросив быстрый взгляд через плечо, он увидел, что к нему придвигается черная голова монстра с приоткрытой пастью, полной иголок. Потом справа, крича и размахивая руками, кто-то выбежал, и взгляд одной пары глаз метнулся к Рику. Серебряные когти вскинутой передней лапы вспороли воздух так быстро, что Рик едва заметил их приближение. Мальчик отпрянул, и когти прошли мимо его лица.

Миранда, крепко державшаяся за пояс Коди, крикнула Рику: «Беги!», и Коди дал газ. Мотоцикл стремительно отделился от бровки тротуара и понесся к Республиканской дороге.

Рик на четвереньках вскарабкался на тротуар, слыша, как тварь скользит за ним, царапая бетон когтями. Он вскочил и побежал на север через двор, потом между домами. В этом-то узком пространстве он и наступил на камень. Левая ступня поехала, нога подвернулась и ее до самого бедра пронзила боль. Рик вскрикнул и, схватившись за лодыжку, упал ничком в песок и сорняки.

Дома по обе стороны от него содрогнулись и застонали. Трещали доски, из стен летели облака известковой пыли. Рик оглянулся и увидел темный силуэт, который пытался протиснуться за ним в проулок так яростно, что сносил дома с фундаментов.

За восемьдесят ярдов от того места, где лежал Рик, перед Коди с Мирандой, уже почти переехавшими мост, из дыма что-то поднялось… человеческая фигура. Инстинктивно нажав на тормоз, Коди начал разворачивать машину, но не успел: мотоцикл мягко врезался в неизвестного, потерял управление, сбросил обоих седоков и с треском въехал в ограждение моста. Рама погнулась, издав тихий стон, как лопнувшая гитарная струна. Переднее колесо отлетело. Коди приземлился на правый бок, проехался по земле — бок обожгло болью — и скорчился в позе зародыша.

Он лежал, хватая ртом воздух, и думал: «Все-таки клюнул меня жареный петух». Но тут же решил: «Да нет; должно быть, это был Бормотун. Выполз на мост, старый хрен, и устроил нам бенц».

Миранда. Что с Мирандой?

Он попытался сесть, но был еще слишком слаб. Левая рука страшно болела, и Коди подумал, что там может быть перелом. Однако пальцы шевелились — хороший признак. Ребра казались осколками бритвы. Одно или два наверняка были сломаны. Хотелось уснуть, закрыть глаза и послать все подальше… но где-то рядом была Миранда… и то, во что они врезались. «Выискался защитничек, — обругал себя Коди. — С тобой только сортир с подкопом брать. Может, папаша все-таки прав?»