Читаем Кусака полностью

Пронзительно зазвенел звонок, знаменуя смену уроков, и через секунду тихие коридоры средней школы имени Престона захлестнула суматоха. Главный кондиционер все еще был сломан, в туалетах воняло сигаретным дымом и марихуаной, но шум, крики и хохот подчеркивали радостную беззаботность.

Однако многие смеялись неискренне. Все ученики знали, что для средней школы имени Престона нынешний год последний. Как бы жарко и противно ни было в Инферно, все равно он оставался их домом, а покидать родное гнездо всегда тяжело.

Они воплощали историю борьбы своих предков, их черты зеркально повторяли черты рас и племен, пришедших с юга, из Мексики, и с севера, из самого сердца страны, чтобы в поте лица своего выстроить себе дом в техасской пустыне: там — гладкие черные волосы и острые скулы навахо; тут — высокий лоб и черный непроницаемый взгляд апача или чеканный профиль конкистадора, а рядом — светлые, каштановые или рыжие вихры приграничных жителей и пионеров, жилистое сложение объездчиков мустангов и широкий уверенный шаг переселенцев с востока, ступивших на землю Техаса в поисках счастья задолго до того, как в миссии под названием Аламо прозвучал первый выстрел.

Все это было здесь — в лицах и осанке, в походке, словечках, манере говорить переходящих из класса в класс учеников. По коридорам двигались столетия выяснения отношений, угона скота и кабацких драк. Но если бы предкам этих ребят, даже одетым в оленьи шкуры истребителям индейцев и снимавшим с них скальпы храбрецам в боевой раскраске, представилась возможность посмотреть, что за мода воцарилась нынче в Краю Благословенной Охоты, они перевернулись бы в гробах. У некоторых парней волосы были сбриты под ноль, у некоторых — начесаны длинными иглами и выкрашены в возмутительные цвета; кое-кто коротко стригся, оставляя на затылке длинные пряди, свисавшие на спину. Многие девчонки выщипывали волосы так же безжалостно, как мальчишки, и красили их даже более броско и крикливо. Одним нравилась гладкая стрижка "принцесса Ди", а другие щеголяли зачесанными назад гривами, уложенными на гель и украшенными перьями, неосознанная дань индейскому происхождению.

В одежде царила полная анархия: спортивные костюмы, армейские пятнистые комбинезоны; матрасно-полосатые рубахи, отделанные бахромой из оленьей кожи; футболки, превозносящие рок-группы вроде "Хутеров", "Бисти Бойз" и "Дэд Кеннеди"; майки для серфинга в узорчатую полоску ядовитых цветов, от которых рябило в глазах; пятнистые, собственноручно вываренные штаны защитного цвета; линялые и заплатанные джинсы; усаженные булавками штаны с полосками флюоресцентной краски; походные башмаки; раскрашенные от руки кроссовки; дешевые тапочки; гладиаторские сандалии; незамысловатые шлепанцы, выкроенные из старых покрышек. В начале года форму еще соблюдали, но как только стало ясно, что отсрочки средней школе имени Престона не видать, директор — низенький латиноамериканец Хулиус Ривера, прозванный школьниками "Маленьким Цезарем", — мало-помалу махнул на все рукой. Школьников округа Презайдио станут возить на автобусах за тридцать миль отсюда, в Марфу, а сам Маленький Цезарь в сентябре будет в Хьюстоне преподавать геометрию второму классу Нортбрукской средней школы.

Часы отсчитывали секунды, и юные потомки первопоселенцев, ранчеро и индейских вождей потянулись к кабинетам, в которых должен был проходить следующий урок.

Рэй Хэммонд рылся в своем шкафчике, отыскивая учебник английского. Поглощенный мыслями о том, что нужно идти в другое крыло школы на следующий урок, мальчик не замечал, _ч_т_о_ надвигалось на него сзади.

Он достал книгу из шкафчика. Вдруг нога десятого размера, обутая в стоптанный армейский ботинок, выбила учебник у него из рук. Книга раскрылась (в воздух полетели тетрадки, закладки и непристойные рисуночки) и звонко шлепнулась о стену, чуть не задев двух девочек у фонтанчика с питьевой водой.

Рэй поднял глаза, казавшиеся за стеклами очков большими и испуганными, и увидел: судьба наконец его настигла. Его взяли за грудки и приподняли так, что он встал на носки кроссовок.

— Ты, раздолбай, — невнятно проворчал чей-то голос с сильным акцентом, — чего стал на дороге? — Парень, который сказал это, был примерно на шестьдесят фунтов тяжелее своего пленника и на четыре с лишним дюйма выше. Звали его Пако Ле-Гранде, у него были плохие зубы и угреватая, ухмыляющаяся, хитрая физиономия. По толстой руке ползла вытатуированная гремучая змея. В красных, воспаленных глазах Пако плавал туман, и Рэй понял, что парень утром курил в туалете травку и хватил лишку. Обычно свои визиты к шкафчику Рэй подгонял по времени так, чтобы разминуться с Пако, чей шкафчик находился справа от шкафчика Рэя, но от судьбы не уйдешь. Пако накурился и был готов проучить кого угодно.

— Эй, Рентген! — За Пако стоял еще один мальчишка-латиноамериканец по имени Рубен Эрмоса. Он был ниже и куда легче Пако, но и у него горели глаза. — Гляди не наложи в штаны, _a_м_и_г_o_!