— Мне не понадобятся темные очки, — ответил булькающий голос. На Коди надвинулось страшное лицо. — Свое вознаграждение я заработаю тем, что прихвачу с собой в небольшое путешествие несколько клопов. Живьем. Кроме того, я очень скоро найду ее спору. Если она не захочет лететь, отлично: пусть сгниет в этой говенной дыре. _К_о_м_п_р_е_н_д_е_?

Коди не ответил. Дыхание монстра отдавало жженым пластиком. Чудовище выпустило шею парнишки, обхватило его за талию и оторвало от бетона легко, словно малого ребенка. От мучительной боли в груди Коди облился холодным потом. Другой рукой Кусака подхватил Миранду. Коди затрепыхался, пытаясь высвободиться, но боль и усилия оказались последней каплей. Он потерял сознание, его руки и ноги безвольно повисли.

Сунув бесчувственных землян под мышки, Кусака пошел через мост в Инферно, волоча больную ногу. У пересечения Республиканской дороги с Кобре-роуд он зашел в голубой дом, где в гостиной не было пола, и с грузом клопов спрыгнул в темноту.

50. ВЫСОТА

Эд Вэнс с Селестой Престон в ожидании конца света распили в "Клейме" третью бутылку пива, и тут на улице взвизгнули колеса: кто-то свернул на Трэвис-стрит. За последние четверть часа пол в "Клейме" несколько раз вздрагивал, а в кухне, с грохотом, от которого Сью Маллинэкс подпрыгнула чуть не до потолка, рухнула стопка тарелок. Сидевшие у дальней стены завсегдатаи удрали, но Вэнс знал, что бежать некуда, и не двинулся с места.

Однако судя по шуму, сейчас на север по Трэвис-стрит ехало множество машин, да в такой спешке, что создавалось впечатление, будто они с лязгом таранят друг друга. Вэнс слез с табуретки, вышел на улицу и увидел огни целого каравана. Автомобили с ревом проносились по Селеста-стрит и сворачивали на Трэвис. Кое-кто гнал машины через дворы, добавляя пыли в и без того уже густой воздух. Все это напоминало массовый исход — но куда? Вэнс с трудом разглядел свет в крепости Щепов и сообразил, что именно туда стекаются машины. Они мчались так, будто их подхлестывал сам дьявол.

Вэнс сообразил, что следом за ним вышла и Селеста.

— Сгоняю-ка я лучше туда и выясню, что происходит, — сказал он. — Да и вам неплохо бы там отсидеться.

— Я уезжаю. — Не выпуская бутылки, в которой оставалось не больше трех глотков пива, Селеста полезла в карман спортивного костюма за ключами от "кадиллака". — Что хорошо в моей развалюхе, так это крепкий подвал. Она обошла машину, но, прежде чем сесть за руль, помедлила. — В подвале полно места. Влезет даже жирный паразит вроде тебя.

Предложение было заманчивым. Виновато ли было пиво, плескавшееся в животе у Вэнса, или же тот факт, что жизнь не стоит и ломаного гроша, но в это мгновение Селеста Престон показалась шерифу… ну… почти красивой.

Ему захотелось поехать с ней. Действительно захотелось. Но на этот раз чудовищам из Кортес-парка не суждено было победить. Он сказал:

— Нет, я, наверно, останусь тут.

— Как угодно. Но мне казалось, что ты видел "Полдень" слишком много раз.

— Может быть. — Он открыл дверцу патрульной машины. — Будьте осторожны.

— Будь спок, партнер. — Селеста села в "кадиллак" и сунула ключ в зажигание.

Вэнс услышал звук, похожий на треск глиняных тарелок. По всей Селеста-стрит прокатилась медленная волна, по бетону зазмеились расселины. Кое-где мостовая провалилась, и из дыр полезли человеческие фигуры. Вэнс сдавленно хмыкнул.

Рядом с "кадиллаком" Селесты из-под земли что-то вылезло. Селеста взглянула в рябое лицо грузной мексиканки. Рука женщины стремительно просунулась в открытое окошко и плотно охватила запястье Селесты. Селеста тупо уставилась на смуглую руку, впившуюся в ее тело зазубренными ногтями. Ей следовало за долю секунды выбрать: завизжать или действовать.

Схватив с сиденья пивную бутылку, она ударила тварь по лицу. Из рассеченной щеки брызнула серая жидкость. Потом Селеста дала себе волю и отчаянно закричала, вырываясь, сдирая с руки ленточки мяса. Существо снова потянулось к ней, но Селеста уже удирала через пассажирскую дверцу. Когти вспороли спинку сиденья водителя.

Селеста кубарем выкатилась на тротуар. Существо проворно вскочило на капот, готовое прыгнуть на нее, и тогда Вэнс в упор выстрелил ему в голову из винчестера, который вытащил из патрульной машины.

Пуля, прошив череп монстра, разнесла ветровое стекло; теперь все внимание чудовища сосредоточилось на Вэнсе. Следующую пулю шериф вогнал твари между глаз, третьей своротил челюсть, и в воздух фонтаном полетели сломанные иголки. Чудовище завизжало и спрыгнуло с капота, выгибая спину, освобождая скорпионий хвост. Руки и ноги твари удлинились, покрылись пятнами черной чешуи, и прежде, чем Вэнс успел сделать очередной выстрел, существо заковыляло прочь и ухнуло в дыру на мостовой.